— Ольховые щепки. Они дают особый аромат.
Ричард кивал, явно пытаясь запомнить все детали. Потом снова спросил что-то про время копчения и температуру.
Я усмехнулся:
— Вот как выучишь язык, тебе Степан вон расскажет, — кивнул я на Степана, — а пока ходи и мучайся.
Сам перевёл разговор мужикам. Те заржали, представив, как англичанин изнывает от любопытства, не в силах понять все тонкости процесса копчения."
"Ричард смущённо улыбнулся, явно догадываясь, что шутка была на его счёт, но не обиделся. Он стал показывать на рыбу, повторяя:
— Фиш.
Степан недоуменно смотрел на него, не понимая, чего от него хотят. Потом перевёл взгляд на меня:
— Чегой-то он, Егор Андреич?
— Это он слова хочет новые учить, — пояснил я. — Показывает тебе, говорит «фиш», это на его языке «рыба», а ты ему переводи: «рыба». Он так и будет учить слова.
Степан почесал затылок, соображая.
— А, вона что! — наконец дошло до него. — Так он русский учить хочет!
— Ну да, — кивнул я. — И вообще, это ему нужно к Фоме. Раз Фома ребятню учит грамоте, мог бы и Ричарда поднатаскать.
Вижу, что тот схватывает слова на лету.
Ричард при упоминании своего имени кивнул, хотя явно не до конца понимал, что я говорю. Но Степан принцип уловил сразу.
Показав на картошку, он чётко произнёс:
— Кар-тош-ка.
Ричард кивнул и медленно повторил:
— Каа-тош-каа.
— Не-не-не, — замотал головой Степан. — Кар-тош-ка! С «р»!
— Каг-тош-ка, — попытался Ричард снова, но твёрдый русский «р» давался ему с трудом.
— Да ладно тебе, Степан, — вмешался я, видя, как англичанин краснеет от усилий.
— У них в языке такого «р» нет, им тяжело. Пусть так говорит, понятно ведь.
Но Степан, видать, уже вошёл в роль учителя и отступать не собирался.
— Нет уж, — упрямо сказал он. — Коли русский учить, так правильно. А ну-ка, давай вместе: «Р-р-р-р»! — он картинно зарычал, выпучив глаза и выпятив нижнюю челюсть.
Ричард послушно попытался повторить, но вместо раскатистого русского «р» у него вышло что-то среднее между «г» и английским «r».
— Нет, не так! — не сдавался Степан. — Смотри, язык к нёбу: «Р-р-р-р»!
Теперь они оба рычали, как два медведя, к вящему удовольствию собравшихся. Мужики ухмылялись, бабы прятали улыбки в рукава, а дети, крутившиеся рядом, и вовсе покатывались со смеху.
— Р-р-р-ыба! — гаркнул Степан, тыкая пальцем в копчёный деликатес.
— Гр-р-рыба! — старательно повторил Ричард, и на этот раз звук вышел почти правильным, что вызвало одобрительные возгласы со всех сторон.
