Да и деньги деду неплохо бы вернуть.
Мысли закружились каруселью, и я зевнул. Тряска и мерный рокот мотора убаюкивали. Это вторая моя бессонная ночь, а спать пока никак нельзя! Но когда нельзя, хочется в два раза больше. Я снова зевнул, глянул через лобовое стекло вперед: за окном медленно плыл бетонный забор, за которым возвышались зерновые терминалы элеватора.
Обернувшийся отец прервал круговерть мыслей, сказав:
— Я высажу тебя недалеко от театра, пойдет? Или где-нибудь в другом месте?
— Поближе к рынку, — попросил я, — чтобы удобнее добираться домой.
— Ладно.
Отец уставился на дорогу. Теперь обернулся его напарник, парень помоложе, с круглыми водянисто-голубыми глазами и ниточкой рта. Есть люди, у которых челюсти выпирают вперед, у этого человека они были будто вдавлены.
— Малой, ты че, реально всю ночь там торчал? — спросил опер. — И не зас… испугался? Как ты вообще узнал, где искать девочек?
Сдавать информатора, то есть Аню Лялину, я не стал — еще поссорятся с отцом, и он к нам вернется, потому поделился заранее подготовленной версией:
— Лена Костаки сказала.
Дочь Алексиса, она в нашем городе поступила на фельдшера. Мы случайно еще в мае познакомились и иногда пересекаемся. Она считает, что отец торгует металлом, ну и сказала, где у него склады. Методом исключения я вычислил место, где металлобазы в принципе быть не может…
Отец хмыкнул и передразнил меня:
— Методом исключения! И где слов таких нахватался?
Захотелось ему врезать за этот тон: он отреагировал так, как будто дауненок с табуретки прочел Деду Морозу Бродского.
Вот как в одном человек уживается способность пожертвовать всем ради близкого, попавшего в беду, и отношение к тому же близкому, как к мусору?
— Неважно, — отмахнулся я. — Факт, что сработало, да?
— Ты молодец, малой! Только нафига там до утра сидел? — не унимался незнакомый опер.
Вспомнилось, как я простился с жизнью, увидев волкодавов. Кто бы мог подумать, что они здорово мне помогут, и не придется сочинять правдоподобную легенду.
— Собак с привязи спустили, — повторил я свою версию. — Вот и не смог вернуться, они бы меня разорвали. А так на втором этаже столовой отсиживался. Повезло, что не унюхали.
— И как бы ты собирался спасать…
— Отставить болтовню! — рявкнул отец и сказал водиле: — В районе рынка притормози. Вот тут, да, возле телефонов.
Ментовский бобик остановился посреди дороги, и тут я кое-что вспомнил.
— Па, выйди на пару слов.
