Суки, суки, суки! Аж подрывало звонить деду и орать, угрожать, умолять, чтобы он раскрыл глаза и не ходил к Белому дому. Они ведь не остановятся! Ни Ельцин, ни его противники.
Глава 25
Король свергнут…"
"Разлепив глаза по зову будильника, я побежал умываться-собираться, мысленно выстраивая план, за что мне хвататься в первую очередь, за что — во вторую. Позвонить Лялиной, узнать, удалось ли ей прогнуть отца — это надо прямо с утра. Но она еще не на работе, черт, а дома у нее телефона нет! Это ведь отправная точка, от которой надо плясать.
Ладно, откладываем звонок Лялиной на после обеда и тогда же надо позвонить бабушке, поинтересоваться, выходил ли на связь дед. Потом сразу же — заехать за мамой и виноградом. Если у Лялиной получилось все, как мы задумали — устроить ей встречу с Ликой. В идеале надо бы освободиться до шести, потому что еще ж тренировка и — к урокам готовиться. Нельзя подавать коллективу дурной пример, они на меня равняются.
Промелькнула мысль, что с таким раскладом не выкупить мне ваучеры винзавода и не видать земли как своих ушей — не на что будет.
И за запчастями придется ездить в Москву самому. Чертов пессимизм, сразу самое худшее в голову лезет. Вдруг деду удастся пропетлять, он останется целым, и за стрельбу из пистолета его не посадят?
Но голос диктора в голове снова и снова повторял, накручивая панику, что оппозиция вооружает своих защитников, и это ставило крест на моей былой симпатии оппозиции, потому что они приносили в жертву тех, кто им поверил, в том числе — моего деда.
Даже если они пекутся о стране, а не о своих креслах, это действие перечеркивает все, ведь очевидно, чем закончится противостояние и как далеко зашли центробежные процессы.
Интересно, можно ли что-то радикально изменить, не бросая людей в разинутые пасти богов войны?
Ледяной душ окончательно меня пробудил. Я позавтракал оладьями и, не дожидаясь Бориса, побежал на место встречи, постепенно переключаясь с глобальных проблем на внутришкольные. Вчера директор вызывал на ковер родителей одноклассников и должен был получить заявлении об отказе от Джусихи.
Сегодня будет ясно, вернули ли нам Веру Ивановну, да и интересно послушать, что было на том собрании.
Оказалось, дрек не сильно лютовал. Погрозил пальчиком родителям, напомнив, что закон есть закон, если ученику положено быть на уроке, он не имеет права никуда уходить, принял заявления, выслушал жалобы на Джусиху и пообещал разобраться.
Что ж, первый урок у нас как раз русский, вот и посмотрим.
