Огребу? Ну и хрен с ним! Бабушке звонить рано, у деда есть телевизор, а парни уже ждут.
— Дед, я на турники, — отчитался я. — С местными подружился, опасности ноль.
Дед кивнул, не отрывая взгляда от экрана. Его брови шевелились в такт губам, он весь был там, на площади.
Надев новую куртку, я выбежал из квартиры.
На спортивной площадке были Алекс, Лекс-крепыш, Лёха, Олег и еще парень лет шестнадцати, смуглый, похожий на гостя из Средней Азии, но с точеными европейскими чертами лица. Егор так и не пришел.
Меня увидел Лёха, хлопнул в ладоши и воскликнул:
— Оба-на! Ты гля — не слился!
Лекс присвистнул, оценивая мой новый образ, кивнул уважительно.
— Ха! А мы уже собрались скидываться тебе на прикид, — сказал Олег обидное.
Смуглый шагнул вперед и протянул руку.
— Андрей.
Я представился, снял куртку, стянул подаренную Лёхой шапочку, определил вещи на железную лестницу и принялся разминаться. Лёха наблюдал за мной, скребя в затылке.
— Ты серьезно, что ли? Да ладно, ничего страшного, если сольёшься.
Ты прям так серьезно вот это вот!
Обернувшись, я с улыбкой посмотрел на него.
— Сказал — делай. — И принялся приседать, потом — отжиматься и растягиваться, не обращая внимание на зрителей.
Через десять минут, когда всем уже надоело наблюдать за разминкой, только Лёха смотрел на меня все более и более обреченно, я поднялся, отряхнул ладони и спросил у него:
— Ты чем занимаешься и как долго?
— Тхеквондо! Три года. У меня зеленый пояс.
— Ой не свисти «три года», — скривился Андрей.
— И года нет.
— А до того бокс был! — возразил Лёха и спросил у меня. — А ты?
— Всяким, — отмахнулся я, не желая бахвалиться и открывать козыри.
Три года — против моих четырех месяцев. На моей стороне опыт взрослого и внезапность, на стороне Лёхи — сила и выносливость, к тому же он тяжелее и выше, его руки и ноги длиннее моих. Следовательно, ему меня легче будет достать, и, если он ударит со всей силы, то и блок не поможет, я попросту свалюсь.
— Он самбист, — напомнил приятелю Олег.
— Да какой самбист, когда у него уши целые, — ляпнул глупость Лекс-крепыш."
"Очень надеюсь, что, красуясь, Лёха начнет махать ногами и попадется, а уж в партере я возьму его на болевой.
Парни окружили нас. Алекс камешком наскреб круг, типа ринг. Распрямился и объявил:
— В голову и пах не бить. Деретесь до первой крови или до свистка. Я останавливаю поединок, если преимущество одного из бойцов очевидно. У вас еще есть время передумать.
