— Он подождал немного и продолжил: — Начинаем по свистку. Раз.
Я встал в боксерскую стойку.
— Два.
Леха не стал выпендриваться и изображать тигроскорпиона, тоже закрылся и сосредоточился.
— Три! — Сунув два пальца в рот, Алекс оглушительно свистнул.
Ни я, ни Лёха в атаку не ринулись: я не спешил лишаться преимущества и рвать дистанцию, Лёха, видимо, понял, что легкой победы не будет, и трусил.
— Ну блин! — выказал возмущение Андрей. — Вам помочь?
Лёха шагнул вперед и ударил рукой, целя мне в корпус — я отпрыгнул, смещаясь левее.
Он снова ударил, прощупывая оборону — я опять сместился, заставляя его крутиться вокруг собственной оси. Сообразив, что он тупит, я задвигался, приближаясь и удаляясь, пригибаясь и отскакивая от его бесхитростных ударов.
— Ноги! — напомнил Лекс-крепыш.
Лёха попытался ударить мне по голени, но я снова был быстрее. Пока он собирался с мыслями, я обозначил двоечку по корпусу, мгновенно отпрыгивая. Лёха подключил тхеквондо и попытался нанести удар стопой мне в бок — я сместился, и он прошел вскользь.
Подсечки тоже не сработали. Тогда, рассвирепев, Лёха сделал вертушку — я присел; смещаясь, схватил его за ногу, дернул, но он не упал, развернулся ко мне.
Все, попался! Теперь — закрыться от прямого в голову. Подсечка. Скользнуть за спину. Удушающий.
Лёха из последних сил распрямился и рухнул на спину, рассчитывая, что,ударившись об асфальт, я отвалюсь. На адреналине боли я не почувствовал, хватку не ослабил и продолжал сжимать рычаг. Противник извивался, как пойманный в силки зверь, сучил ногами, пытался встать, вжимал меня в асфальт, потом постарался дотянуться до моего лица.
Донесся протяжный свисток. Я отпустил Лёху, который, хрипя, встал на четвереньки и потер горло.
— Ничего, сейчас отпустит. — Я похлопал его по спине, но Лёха сбил мою руку.
Обиделся.
— Это не по правилам, — хрипнул он, не вставая. — Требую реванша!
Алекс пожевал губами и резюмировал:
— По-моему, все бесспорно. Вывод: самбо эффективно против каратэ. Н-да.
Где у нас тут секция самбо?
— Хе! — ёмко охарактеризовал бой Лекс.
— Он застал меня врасплох! — пожаловался Лёха, поднимаясь и глядя на меня волком.
— У тебя рубашка разорвалась, — обратился ко мне Андрей. — И грязная вся…
— Это не грязь, а кровь, — сказал Алекс, подходя ко мне и осматривая кожу на спине, которую я содрал об асфальт, как о наждачную бумагу.
Только теперь я почувствовал боль, словно вся спина — открытая рана, и туда сыпанули жгучего перца.
