Алекс за сестру готов порвать — что подонка, что собственную жо!
— Ты его запомнил? — поинтересовался Олег. — Если надо, фоторобот сможешь сделать?"
"— Смогу, — кивнул я. — Надеюсь, вы не будете делать глупости и не пойдете его калечить. Алекса-то родители отмажут. Ну, допустим, Олега отмажут. Ладно, остальным дадут условно, погонят на работы. И что дальше? В нормальный вуз не возьмут, на работу не возьмут… Видел тут человека, который по глупости загремел — под мостом ночует и на вокзалах.
Парни переглянулись.
— Я передам информацию отцу, — пообещал Олег. — Но лучше давайте Алекса дождемся, это его месть.
Когда тема себя исчерпала, я обратился к Егору:
— Будь другом, создай движняк. А еще лучше, чтобы вы вдвоем.
— Это как? — спросил Олег.
— Вот вам деньги, вы подходите и типа покупаете что-нибудь. Если скажете, что в прошлый раз брали и все круто, то вообще красота. Это привлекает покупателей. Они думают, раз народ толпится, значит, что-то вкусное дают.
— А и давай! — Егор цапнул тысячу и убежал прочь, чтобы зайти с другой стороны и — когда разойдутся люди, которые видели, что он со мной заодно.
Поглядывая по сторонам, он долго перебирал груши, я взвесил ему килограмм. Когда взвешивал, к нам подошла порция людей из метро. Трое отвалились, двое остались.
Егор убежал с покупкой и засел в кустах сирени, толпиться пришел Лекс. Он оказался изобретательнее, повторил то, что говорила женщина с ребенком: хороший был инжир, в жизни такого не ели, но раз его уже нет, давай килограмм винограда.
Народу стало еще больше, я еле успевал взвешивать груши, виноград, груши, орехи. Парни возвращали то, что типа купили, шли по второму кругу, и к четырем вечера процентов семьдесят товара, который я тащил в три приема, было распродано. Осталась последняя партия на завтра.
Ящики, сумки и остатки винограда мы потащили домой вместе. Я волновался, что гора переданного товара зависнет, но она разошлась, только треть осталась. Теперь из запланированного мне осталось поменять заработанное за эти дни на доллары.
А заработались сегодня семьдесят три тысячи. То есть без малого пятьдесят чистыми!
Уже возле своего подъезда, забирая ящики, я сказал:
— Парни, мне надо баксы купить в ларьке. Подстрахуете?
Олег изобразил пионера.
— Всегда готов!
Денег накопилось до неприличия много — четыреста пятьдесят баксов. Передо мной стояла дилемма, как их обменять: частями в разных местах или сразу в одном.
