Я ответил, что разобрали, и она взяла килограмм «Молдовы». Дав ей сдачу, я ответил на вопрос Лекса:
— Это дед торгует, я его просто подменяю. Ну и из воздуха это все, — я кивнул на товар, — не берется. Я ж не деревенский, мы ничего не выращиваем. Экзотику армяне привозят, бабушка покупает, тут это перепродается. Виноград и в нашей местности растет, но и он покупается за деньги. Такие дела.
Отсчитав две четыреста, я расплатился с Олегом. О, сколько счастья было!
— А можно и завтра… эээ… поработать? — спросил он жалобно.
Если он и завтра выручит, я сгоняю на продовольственный рынок, узнаю на будущее, сколько там стоит место, желательно — за прилавком в помещении. Дед и так в курсе, но цены все время меняются. Пригодится или нет то, что я выяснил — второй вопрос. Будет зависеть от того, удастся ли раздобыть товар. По идее, до нового года он должен храниться в специально оборудованных холодильниках. Яблоки, груши, виноград там точно будут.
Но, возможно, появится дело поинтереснее. Надо бы сделать все примерно так, как раньше — запустить систему, чтобы она работала без моего участия и все были довольны, а мне капал небольшой процент.
Все-таки очень надеюсь, что Влад будет со мной работать, а потом я передам его деду. А чтобы он не околел где-нибудь под мостом, надо подыскать ему комнату.
В идеале бы поселить его к деду: и деду присмотр и уход, и Владу крыша над головой. Вот только в квартире хранятся немалые деньги. Одно дело тридцать тысяч, другое — триста, потому нет.
— Так а подрался где? — От нетерпения Егора аж подбрасывало.
— Я видел того, кого вы ищете, — признался я. — Кавказца из банды грабителей. Можно сказать, выследил и узнал, где он предположительно живет. А если не живет, то часто бывает.
Скучающий Лекс вскинул голову и брякнул:
— Да ладно! И че, это он тебя отделал?
Я мотнул головой и начал рассказ с момента, как собрался выйти из поезда и столкнулся с подозреваемым лицом к лицу, а закончил потасовкой с мелкими гопниками. Егор хрустнул пальцами и заходил вперед-назад.
— Куртку им! Вот суки! Жаль, что они нам не попались, да? — Он посмотрел на Лекса, тот кивнул.
— Да ваще-е. — Крепыш перевел взгляд на меня. — И что, ты четверых разбросал? С ножами? Блин, они тебя подрезать могли!
— Психанул, — улыбнулся я.
Лекс ударил кулаком по ладони.
— Вот Алекс обрадуется! Хана отморозку!
— А когда у него пары заканчиваются? — уточнил я.
— В четыре. В субботу, блин! — возмутился Лекс. — У них там вообще жесткач. А наркоман кавказский попал.
