Парни видели, что я торгую, догадывались, что есть некая сумма, сколько именно, им знать необязательно. Пусть думают, что пятьдесят тысяч.
Если они подстрахуют, когда я буду менять в одном месте все деньги, никто меня не ограбит и не подкараулит в подворотне. Как показал сегодняшний день, жизнь в девяностые — комната с полосой препятствий и множеством скрытых ловушек, где непонятно, когда, куда и откуда прилетит. Еще весной я от всего этого прятался и не представлял масштаба катастрофы. Да, люди злые. Да, страшно, в родном селе плохо, а в большом городе еще хуже.
Но всю прошлую жизнь я вел жизнь сдержанную, особо не высовывался — проблем и драк удавалось избегать. Только сейчас я испытал на собственной шкуре, как век-волкодав сжимает клыки на шее.
Вот, казалось бы, я следил за наркоманом, логично, что он меня вычислил и набил мне морду, но нет, попытались обчистить случайные люди. Так что с парнями риск минимален.
Или нет? Или я слишком хорошо думаю о людях — с отморозками в диалог вступил, понадеялся на их разумность, а на самом деле все не так?
Глава 30
Всходы
В прихожей я глянул в зеркало.
По скуловой кости тянулась припухшая красная полоса. За пару дней сойдет, хорошо глаз не заплыл, но деду показываться пока не стоит, а то придется оправдываться, и я задержусь, а там парни ждут.
Потому я пролез в спальню спиной к деду, расставил ящики на балконе, взял с книжной полки томик Шмелева, где тайник, и, не оборачиваясь, объяснил, что собираюсь покупать доллары.
Женщина на его месте раскудахталась бы: ой, опасно, ой, не ходи, ничего не делай без меня, дыши по инструкции. Дед же почесал бровь и посоветовал всю сумму не нести, а менять частями и в разных местах. Я слушал и кивал, рассовывая деньги по карманам. Основную часть — в нагрудный, пятьдесят тысяч — в наружный.
Видимо, деда взбесило то, что я игнорирую его советы, он прохромал к двери растопырился в проеме.
— Ты рехнулся всю сумму брать?! Тюк по башке — и нет денег! Если сделаешь, как я сказал, хоть не все заберут.
Пришлось привести неопровержимые аргументы, а именно: повернуться травмированной стороной лица и, проводя по щеке, сказать:
— То есть, просто «тюк по голове» — нестрашно?
Дед отвесил челюсть.
— Это где тебя так?
— Ну, скорее я, а не меня. Но — в чужом районе, причем безо всяких денег и причин. «Ты с какого района» и прочий бред. Просто по улицам ходить опасно, а тут пацаны меня приняли, а значит, никто не тронет.
