Упасть на хвост какой-то тетке, предложив ей денег за то, что она скажет, что я — ее родственник?
Проблема, в принципе, решаемая, но она требует присутствия взрослого. Так сказать, поводыря. И если не помогут свои, значит, помогут чужие.
— Ты не права, — сказал я, понимая, что еще как права, будь я взрослым, поступил бы так же.
Потому, вкусив бабушкиного борща со сметаной и сделав вид, что смирился и грущу, но на самом деле заправившись перед вылетом, я отправился домой за документами и деньгами. Мои восемьсот пятьдесят долларов, вероятнее всего, поедут обратно, то есть товара на ближайшее время у меня нет.
Но и денег мало, двести баксов всего. Ладно, разберемся.
По пути домой я придумал план. Дома про деда ничего не сказал — зачем раньше времени поднимать панику? Наташке сочинил байку, что ночую у бабушки, потому что ей нужна помощь, выгреб заначку, немного огорчившись, что небольшая сумма осталась в Васильевке, и отправился в авиакассы, не особо рассчитывая, что мне продадут билет в Москву, но надеясь получить информацию, которая мне поможет.
Правда, непонятно какую.
Когда спускался по лестнице, от волнения прихватило живот. И так три раза подряд, словно что-то не пускало меня в Москву. Оставив мопед на базе, я поделился планом с Ильей, тот не одобрил мою задумку, но обещал молчать, если я пообещаю отзвониться из Москвы. Я пообещал.
В автобусе думал о том, что, когда совсем разбогатею, найму взрослого-поводыря, чтобы таких проблем не возникало. Найду кого-нибудь бесполезного и безобидного, посажу на зарплату.
А после повзрослею, получу паспорт, и можно в самостоятельное плавание.
Покупать документы мне нельзя. Если поднимусь высоко, это обязательно раскопают и используют против меня.
Прибыв на место, я долго кружил возле авиакасс, набирался решимости. Наконец набрался, подошел к свободной кассе, чтобы купить билет в Москву, и получил от ворот поворот. Конечно же, нужен паспорт, сведения о пассажире вписывают в билет.
Побродив и подумав, вернулся и предложил денег той же кассирше, чтобы она просто впечатала мое имя в билет.
И опять отказ — не пропустят, мол, могут проверять паспорта.
Вот же еж твою дрожь!
Как ни крути, нужен взрослый. Я ощутил себя собакой, которой надо прибиться к человеку, чтобы пройти опасный район. Что ж, буду ждать. Так я и стоял у кассы. Подошли два мужика.
— Есть ли билеты до Москвы на двадцатого октября?
Получите распишитесь! Я начал подозревать, что теряю драгоценное время.
