Где же ты, прекрасное далеко, когда деньги будут переводить нажатием кнопки? Сейчас тоже можно их отправить на почте переводом, но там берут проценты — это раз, два — крупные суммы попросту опасно получать. На вокзале дед всегда с Владом, это минимизирует риск.
Еще и с физры в прошлый раз отпросился, — пришлось ждать окончания шестого урока и сразу же бежать на остановку, мечтая о мопеде, дарующем свободу.
На рынке я был в три дня. С замирающим сердцем направился к пункту продажи акций «МММ», но заметил двух мужиков вороватого вида, вьющихся там.
Утвердился в подозрении, когда за ними понаблюдал: пока один стоял, второй заходил в павильон, быстро оттуда выходил, и они менялись. То ли просто карманники, то ли грабители караулили человека с круглой суммой.
Рисковать было нельзя, и я побежал в центр, в пункт, где меня запомнили. Но сейчас-то я всего четыре акции продаю — неопасно.
Там тоже толпился народ, в основном женщины, никого подозрительного я не заметил, протолкнулся к таблице с курсом купили-продажи и улыбнулся: акцию можно было продать за 32400.
Вот и отлично, будут деньги на зарплату бабушке, тете Ире и водителю. Правда, Боре на подарок ничего не остается, но это нестрашно: продам еще одну акцию или просто подарю ему, пусть учится распоряжаться активами.
Поскольку люди узнали, что на акциях можно заработать, спрос возрос, и открыли еще одно окошко. Туда, к печальной молодой кассирше, я и стал в очередь. Простоял пару минут, сунул в окошко акции, получил солидный пресс денег.
Он был таким внушительным, что захотелось спрятать его в рюкзак и побыстрее уйти. Но я пересилил страх и, не отходя от кассы, торопливо принялся пересчитывать сдачу. Перебирая купюры и глядя на перекошенное и злое лицо кассирши, я понял, что меня обсчитали.
Все так же держа деньги на виду, я достал калькулятор, перемножил цифры и озвучил:
— Тут не хватает тысячи шестьсот.
Желающие купить акции загудели за моей спиной.
— Не может такого быть! — огрызнулась кассирша. — Ты сам спрятал деньги.
— Ничего он не прятал, — пробасил из-за моей спины пожилой мужчина. — Я за ним наблюдал.
— А вы вообще в доле! — не сдавалась кассирша. — Вот и покрываешь его."
"Ее напарница, которая меня знала, посмотрела на нее, на меня и строгим тоном сказала:
— Анна, пересчитайте хорошенько. Это наш постоянный клиент.
— Да вот вам крест! Я хорошо считаю! — Лицо воровки стало обиженным — как же хорошо играет, зараза.
— Бессовестная! — прокричала старушка.
