Заборы домов, что стояли недалеко от моря, рухнули под тяжестью льда, устоял только один каменный.
— Как красиво! — выдохнула Гаечка, натягивая шарф на нос. — Жутко, но красиво!
— Жаль, фотоаппарата нет, — грустно заметил Илья.
Гаечка сказала:
— Можно у Кабанова попросить «Полароид», вроде он оставался с лучших времен и его не успели продать.
— Ну, у кого-то фотик должен быть, подвел итог я. — Потому что это будут исторические кадры. Ураган такой мощи случается раз в пятьдесят лет. Ну, пишут так. Весь мир знает про торнадо в Америке.
Но там ты хотя бы не замерзнешь, оставшись без крыши над головой. О норд-остах наши соотечественники слышали лишь краем уха, нужно донести. Потому что соответствующие службы должны знать и быть готовыми, а не как сейчас.
Долго любоваться ледяными скульптурами было холодно, а едва мы свернули в расчищенный проулок между домами, стало более-менее сносно… Некоторое время. Пока мы не добрались до моста через ручей. Там, внизу, был завал, через который никак не пробраться.
Пришлось делать крюки огибать холм.
Когда мы наконец добрались, увиденное меня не обрадовало. Как я и думал, эта часть села пострадала больше всего. Единственную дорогу еще не расчистили, а масштабы разрушений были, как в дачном поселке. Но немногочисленные жители старались, был даже один мужчина с бензопилой, распиливающий толстые стволы. Присмотревшись, я узнал в нем инспектора по делам несовершеннолетних Овечкина, подошел к нему.
— Здравствуйте, Василий Витальевич, — сказал я, когда он выключил пилу.
Приподняв битую молью ушанку, он прищурился, вгляделся в мое лицо. Я сразу перешел к делу:
— Там, ниже, дом нашего одноклассника. Вы случайно не знаете, как обстоят дела и нужна ли кому-то помощь?
— Похвально, Павел! — улыбнулся он. — Приятно видеть неравнодушие подрастающего поколения. Четыре дома разрушены и не пригодны для дальнейшего проживания. Заблокированным людям оказана помощь. Пострадал только парень. Его отнесли в больницу.
— Заворотнюк? — спросила Алиса. — Это он?
— Да, Катя, его сестра на учете в детской комнате милиции, я знаю их семью.
— Вот коза, — выдохнула Гаечка. — А что с Карасем? С Саней то есть."
"— Слегка придавило его, — ответил инспектор. — Предположительно перелом ребер и бедренной кости. Угрозы для жизни нет. Еще один дом разрушен у учительницы. Крышу просто унесло, стену завалило, а там всего одна комната. Девать людей некуда, вот в чем беда.
