Определение о…
— Задания зачитывать не надо. — Учительница принялась записывать, что досталось Рамилю. — Присаживайся. Следующий.
Я взял первый билет с краю, сказал:
— Билет номер пять. — И уселся, изучая задания.
Определение подобных треугольников. Теорема об отношении площадей подобных треугольников. Второе задание: Трапеция. Определение, виды. И задачка, когда нужно вычислить площадь ромба при известных угле и стороне. Ерунда! И совсем не то, что в прошлой жизни.
Последней билет тянула Гаечка. Когда она заняла последнюю свободную парту на ряду у окна, я развернулся вполоборота, прочел растерянность на лице Рамила и Димона Минаева, посмотрел на Инну Николаевну, рыщущую взглядом по партам.
— Мартынов, чего вертишься? — грозно спросила она. — Не готов?
— Отчего же, — улыбнулся я. — Готов.
— Почему не пишешь?
— А я сразу готов ответить. Экзамен же устный? Устный. Вот у доски и расскажу, и задачку решу.
Инна Николаевна не поверила, вскинула брови. Как это так, весь год с тройки на четверку перебивался — и вдруг решил блеснуть эрудицией.
— Можно? — Я встал.
Сейчас выйду, устрою шоу, она отвлечется, и друзья воспользуются шпаргалками.
— Ну, давай.
Я начал рассказ, рисуя на доске фигуры, специально в них тыкал, чтобы Инка смотрела, писал неразборчиво, а сам поглядывал, как все лихорадочно списывают. Учительница для приличия тоже поворачивалась, но друзья успевали спрятать шпаргалки."
"Пришла очередь задачи, я зачитал условие, рассказал правило и какими формулами воспользуюсь, решил ее и торжествующе улыбнулся.
— Вот что ты целый год делал? — восторженно проговорила она.
— Зрел, зрел и созрел, — отшутился я. — Хотите еще задачу решу, посложнее?
Гаечка прыснула, покосилась на учительницу.
— Не надо. Это однозначно пять! Удивил, Мартынов, удивил. Иди, пусть следующий заходит. Только с доски вытри.
Я вытер, а она двинулась вдоль ряда — шпаргалки проверять. Зависла над Рамилем, как вражеский беспилотник, заглянула ему в листок. Я показал друзьям скрещенные пальцы и вышел из кабинета, уступая дорогу Барановой.
— Ну че? — спросила она, и все меня обступили.
— Подобные треугольники, отчитался я. Трапеции.
Баранова поморщилась.
— Ну и дрянь. А че так быстро-то? Со шпорой запалили? — В ее голосе послышалось торжество.
— Да нет. Отстрелялся. Пять. Тема-то дерьмо, а задача легкая. Удачи, Яна.
— Да пошел ты! — расстроилась моему успеху она.
— Злая ты, — улыбнулся я, — но все равно удачи.
Я встал у окна дожидаться остальных.
