При этом, сколько ни старались подсмотреть Беловы за манипуляциями, что-либо внятного сказать не могли: использовались разные мази, ароматические масла, свечи и дымящие палочки, после которых месяц дом не мог выветриться. Отследить лекаря по описанию удалось до Новгорода. Там он проживал достаточно долго, но после одного из посещений полгода назад исчез и более не появлялся. Нашли арендованный им дом, за который он исправно платил ренту, и дом за ним всё ещё сохраняется.
Всё это время княгиня молчала, никак не вмешиваясь. А потом повернулась ко мне:
— Что-нибудь помнишь из этого?
— Нет, не помню."
"Кроме дочки Беловых, память абсолютно молчала по этому поводу.
Алексей продолжил отчёт:
— Беловы считали лекаря, приходящим от нас. Сильно удивлялись, почему не приходит самый обычный лекарь. Отчёты о состоянии регулярно писали на имя вашего сына и, в общем-то, исправно получали средства. Насколько я могу судить, в курсе всей ситуации и двойного заработка с княжича были Белов-отец и его старший сын. Остальным было всё равно: они не интересовались, а вернее, не совали нос не в свои дела. Деньги приходили — люди жили, остальное их не интересовало.
— Смогут кому-либо рассказать то, что рассказали сейчас нам?
— Нет, — коротко отреагировал Алексей. — Они больше никому ничего не смогут рассказать.
— Разве что некромантам… — хмыкнул я.
— И некромантам не смогут, об этом позаботились, — нахмурился Угаров, не оценив моей шутки.
— Дочь Угаровых, которая сделала вам портрет лекаря, не пострадала? — задал вопрос я.
Но ответ почему-то был адресован княгине:
— Девушка по вашему приказанию взята под опеку, с дальнейшим переводом в интернат для сирот рода.
— Алексей, почему вы ведёте себя так, будто бы меня нет? — задал вопрос я в лоб.
— Субординация, — получил я короткий односложный ответ.
— Скажите, а если я поставлю вам задачу, вы выполните её?
— Выполню, но лишь после приоритетных, поставленных Её Сиятельством.
