Там в магическом зрении мага за аурой видно не было, такая она была плотная.
Судя по тому, что лицо его мне было не знакомо, а за ним следом семенила пара медиков его императорского высочества с подобострастными выражениями лиц, это и был один из иностранных лекарей-архимагов, прибывших по мою душу не то с желанием добить, не то с желанием проследить, что я сам скоро сдохну.
На лице у архимага царило настолько брезгливое выражение, будто бы он зашёл не в одну из столичных императорских лечебниц, а в неубранный хлев к скотине, где навоз прилип к кончикам его бархатных туфель с серебряной вышивкой.
Он действительно был в туфлях на платформе с серебряной вышивкой. Выглядело это, честно говоря, совершенно по-женски, как и общий его внешний вид: длиннющие косы, спускавшиеся чуть ли не до пола, а то и совсем чуть-чуть не подметавшие пол в лечебнице, и не то кафтан, не то кимоно, не то халат. Больше всего его верхнее платье была похоже на русский деревенский сарафан; кокошник ещё напялить — и красна девица получится.
Видимо, мои мысли были столь красноречивы при обмене взглядами с ним, что выражение его лица всё-таки изменилось: в нём считалось злое желание меня добить на месте. А мне-то что? Послушать сестру, так я уже одной ногой покойник, да и, судя по странным обстоятельствам осознания себя в этом мире, умирать мне уже приходилось. И что? Теперь прикажете лебезить перед каким-то архимагом, который должен соизволить подтвердить мою невиновность? Невиновность в чём?
Этот новоявленный и считающий себя явно чуть ли божком архимаг проблеял что-то на незнакомом языке — певучем, не спорю, но хрен понятном.
А затем из-за его спины появился юноша-толмач, поклонился по очереди сперва Его Императорскому высочеству, а после мне, повернулся к медикам и перевёл блеянье архимага:
— Его магическое высочество Эльтрундаил просит покинуть всех палату, пока он произведёт осмотр.
Мы с принцем переглянулись.
— По-моему, этот Трандулет меня добить хочет, — хмыкнул я.
— Мне тоже так кажется, — согласился принц и ответил переводчику: — Передайте архимагу с Британских островов, что покуда я являюсь наследником престола Российского государства, ни один иностранец не сможет выдворить меня из любой пяди российской земли.
Сказано это было с такой улыбочкой, от которой невольно и у меня поселилась улыбка на все тридцать два. Уж не знаю, что перевёл ему толмач, но Трандуил или Трындуил… Будет Трындец! Так вот Трындец смерил недовольным взглядом принца и подошёл ко мне.
