— Знаешь, я только что поняла, насколько сильно ошибалась, — каким-то странным тоном проговорила она. — Я думала, что у тебя не хватает амбиций. Но… Нет. Этого тут вообще нет. У тебя этих амбиций столько, что ты любого за пояс заткнёшь. На десятерых хватит. Просто ты их скрываешь.
— А то. Вот увидишь, люди ещё будут с придыханием обо мне говорить, — усмехнулся я. — Мне не нужны чужие титулы и фамилии, чтобы носить их, как медальки. Только я, Настя. Александр Рахманов. Адвокат Империи.
Я даже позволил себе немного посмаковать эти слова.
А затем снова посмотрел на Настю.
В руке почти допитый бокал вина. Щёки чуть покраснели. Полные губы приоткрыты. Смотрит на меня горящими глазами с чуть расширившимися зрачками. А в эмоциях…
Я вдруг резко испытал острое желание повернуться и посмотреть в сторону кухни, где на острове стояли бутылки от вина. Мы же выпили вроде только одну, да? Нет, конечно. Я знал, что если повернусь, то увижу там именно две пустые бутылки. Хорошего, красного, сухого вина.
Мда-а-а-а-а…
Я одним глотком допил вино и встал с дивана.
Дошёл до кухни и, поставив бокал на столешницу, направился в коридор.
— Э… Саша? — Насте потребовалось секунд пять для того, чтобы понять, что я делаю. — Эй, ты куда?
— Домой, Настя, — сказал я.
— Но…"
"— Нет, — спокойно сказал я. — Ужин был потрясающий. Как и твоё общество. Но мне нужно ехать. Тем более, что завтра у меня очень много дел, которые я не могу просто так взять и отложить.
— Но… но мы же…
Кажется, у неё в голове разгоралась паника.
Часть её эмоций явно были напуганы моим неожиданным поведением. Чувство иррациональной вины. Она не понимала, что сделала не так, несмотря на то, что на самом деле всё с ней было в порядке.
Просто я этого не хотел. Как бы смешно это ни прозвучало, но я слишком хорошо понимал, чем подобное может обернуться для нашей… дружбы?
— Саша, подожди…
— Спасибо тебе за ужин, Насть, но я поеду, — твёрдо сказал я ей, несмотря на всё желание остаться.
А ещё имелась и другая причина уйти отсюда побыстрее.
Я ощутил, как в нашу сторону кто-то шёл. Разумеется, почувствовал я не человека, а его эмоции. Лёгкую встревоженность и беспокойство. В этом не было ничего необычного. Я спокойно ощущал других людей на этаже. Но именно этот источник эмоций был мне смутно знаком.
И, кажется, я даже знаю, кому именно они принадлежали, что только подтверждало правильность и здравость моего решения.
Ладно. Разминуться не выйдет, но что уж тут поделать.
