Встаю с кровати, оправив одежду. Платок остаётся валяться на кровати. Пусть валяется, думаю с раздражением. Зверь мне своё навязывает, не спрашивая.
Несколько часов назад я всё была готова принять, но сейчас внутри зреет бунт. Пусть ответит, думаю с яростью. Что и почему он делал с Мадиной. Когда это было? Там, экране, и дата была. Но мне ревностью всё затмило. На дату не догадалась посмотреть. Когда это происходило? Или происходит?
— Всё в порядке. Сейчас открою, — говорю возле двери, открывая.
Два высоченных охранника вздыхают с видимым облегчением.
— Я спала. Вы что-то хотели?
— Проверить. Нормально всё? — взгляд Булата останавливается на непокрытой голове.
Перебрасываю копну волос через плечо.
— Да. Нормально. Если у вас всё, я хотела побыть одна.
Булат кивает, отправляет второго охранника прочь со словами:
— Свободен. Теперь я точно смену принял…
— Покеда. Увидимся!
Булат кивает, потом обращается ко мне:
— Прислуга спрашивает об ужине.
— Ты территорию обходишь или тарелки разносишь? — спрашиваю с глухим раздражением.
Лицо охранника вытягивается. Я сержусь на себя в тот же миг. Этот охранник мне ничего плохого не сделал. Я зла не на него. Не стоит срываться на посторонних. Устало провожу по лицу ладонью.
— Извини. Скажи, что я есть ничего не буду. Нет желания…
— А-а-а… — тянет Булат. — Передать что-то на кухню? Вроде в таком положении особенного хочется.
— Спасибо. Хочется, но перетерпится. Можешь спокойно обходить территорию дальше. Если я буду голодная, то сама спущусь на кухню и поем.
Охранник прощается и отходит в сторону, но замедляет ход, заметив мужчину, сдавшего смену. Он возвращается.
— Ты же ушёл? — хватает за локоть.
— Совсем забыл, — оправдывается второй охраник. — Вишню…
— Какую, на хрен, вишню? — хмурится Булат, останавливая жест второго охранника с небольшим жестяным контейнером. — Не положено. Тем более, в мою смену!
— Вишня? — оживляюсь я, выходя в коридор. Отбираю контейнер, силясь открыть крышку. — Это я просила…
— Постой, — Булат тянется ко мне.
— Кто пронёс? Когда? Нужно проверить! Стой! — повышает голос.
Но мои пальцы цепляют крышку, снимая её с небольшим усилием. Все замирают. Глаза Булата прикованы к контейнеру. В воздухе разливается сочный, густой вишнёвый аромат. Видимо, несколько ягод раздавилось. Во рту скапливается слюна. Не терпится выхватить пригоршнями и раздавить языком мякоть, выплёвывая лишь косточки.
— Это. Всего лишь. Вишня… — показываю ягоды.
