Выглядел он излишне дерганым даже для себя обычного.
Я поздоровался и принес свои соболезнования. Зная, что Павел терпеть не мог Екатерину, был краток. Некоторое время он молчал. Затем вскочил и несколько раз прошелся вокруг стола. Остановился в полуметре от меня и посмотрел мне в глаза.
– Здравствуй, Константин. Объяснись, почему ты первым делом не доложил о своем приезде?
– Я сообщил вашему адъютанту, что прибыл. Но, по его словам, вы были заняты и запретили вас тревожить. Когда я покидал Зимний, то еще раз обратился к адъютанту, но вы были заняты уже следующим делом.
– Это так. Но ты мой сын, а не какой-то проситель, – воскликнул Павел и опять начал нарезать круги по комнате.
Выглядело это забавно, но я не собирался улыбаться даже мысленно. Этот разговор, наверное, один из решающих моментов в моей нынешней жизни, после достопамятного диалога с Екатериной. Мне нужно расположение Павла. Понятно, что он истеричный и непоследовательный человек, но другого императора в России пока нет. Придется работать с тем, что есть.
– Субординация и дисциплина – это первое, чему учит армия, – произношу я с максимально серьезным лицом. – Если всем вашим детям разрешить забегать к вам в кабинет по поводу и без, то это будет походить на балаган. Все должно быть в строгом соответствии с уставом, иначе не будет никакого порядка.
Павел чуть не подпрыгнул от восторга. Подбежал ко мне и обнял. Потом схватил за руку и усадил в кресло, сам же сел рядом."
"– Сын, я всегда знал, что ты моя опора и надежда.
Никогда не верил всем глупым сплетням про тебя. Именно порядок и строгое выполнение всех правил спасет нашу империю. Сегодня мы как раз занимались обсуждением важных законов. Законов, которые облегчат жизнь людей и поведут нашу державу к подлинному величию. И в первую очередь будут введены мундиры по гатчинскому образцу. Также сегодня мы согласовали будущий указ о запрещении перехода крестьян с места на место. Порядок должен быть во всем. Хватит всей этой вольницы.
Честно говоря, я растерялся, и это мягко сказано.
Думал, что Павел не будет начинать свое правление с глупого указа, который разозлил буквально всех, а особенно военных. И если окончательное закрепление крестьян было подачкой дворянству, абсолютно не нужной, с моей точки зрения, то все эти прусские мундиры, косы и букли были самым настоящим бредом. Русское общество гордилось и любило свою армию. Поэтому переодевать солдат на прусский манер было несусветной глупостью.
