Дядя самых честных правил 5

Минута, другая, третья… Ничего не происходило. Анубис молчал, зараза, только ворочаясь внутри и недовольно рыча. На меня накатило раздражение. Что делать-то? Как прикажете «отводить туда»? Или это образное выражение, а мне придётся собственноручно убить несчастного?

Рядом скрипнули половицы, кто-то недовольно засопел, и голос Лукиана пробасил мне в ухо:

— Совсем дурачок? Кто так делает?!

Я открыл глаза и зло посмотрел на монаха.

— Ну так объясните, как надо. Или выйдите и не мешайте.

Лукиан насмешливо покачал головой.

— Возьми силы побольше да тяни человека за собой. Будто рыбу из реки тянешь. Ловил щуку? Нет? Тогда тяни, как можешь, а я подмогну на первый раз.

Снова закрыв глаза, я дёрнул Анубиса и попытался выполнить указание.

— Да что ты делаешь, криворукий, — заворчал Лукиан, — я же сказал, силой надо тянуть. Тянуть, а не дёргать. А-а-а, сам покажу! Смотри и запоминай. Куда глаза открыл? Изнутри смотри, а не зенки пяль.

Лукиан положил ладони на мои руки и «потянул» силой. Ёшки-матрёшки, да как он сделал так? Уловить детали странного колдовства мне не удалось.

— Сам теперь, — пихнул меня в плечо Лукиан, — чай не маленький, дальше помогать не буду.

Я порядочно на него разозлился. Да как это делать? Непонятно же ничего! Несколько раз впустую дёрнув Анубиса, я чуть не шандарахнул перед собой «молотом». Тут же мне прилетел чувствительный подзатыльник, окончательно взбесив. Я собирался бросить руку умирающего и разобраться с монахом, но внезапно почувствовал, что начинаю «тянуть».

Жухлая трава под ногами сухо шуршала от каждого шага. Туман вокруг изгибался причудливыми фигурами, складываясь в незнакомые лица, обнажённые тела и призрачные надгробия. Холодный воздух, недвижимый даже слабым ветром, обжигал кожу изморозью.

Я обернулся. Орк Емелька, разом помолодевший, в белой холщовой рубахе и босоногий, держал меня за руку, будто ребёнок, и не собирался отпускать.

— Туда, — я кивнул на стену тумана.

Сжав пальцы, я потянул его дальше.

Ещё через сотню шагов, на самой грани слуха, мне послышалось кошачье урчание. Мурзилка, если это он, был где-то рядом, прячась в белой завесе. Почему-то мне порой чудилась его тень — огромная, размером со слона, если не больше.