— Есть одно местечко по дороге, его уже наши разъезды облюбовали. Калиновой топью окрестили в округе. С одной стороны болота непроходимые, с другой горка с оврагом да буреломами. Узкое место, хорошее для обороны. Вот там и будете держать половцев, покуда силы не иссякнут.
— То есть вот моя задача, сдерживать половцев на Калиновых топях?"
"— Не обольщайся, барон. Воевода и без тебя будет. А тебе на то дело три сотни даю в распоряжение с наказом воеводе подчиняться. И посмотрим, сколько сумеешь своих людей сохранить.
— Так, а сколько по времени держать надо? — Уточняю задачу.
— Покуда не сгинете, — выпалил Платов.
Бесит меня этот орловский граф.
— Не пугай барона, Лесьяр, — вмешался Головин. — Три дня нам надо. А потом уходите следом.
— Так и есть, — согласился князь. — Ну что, Суслов? Готов показать себя в деле?
— Готов, — отвечаю быстро и решительно. — Но тогда позвольте скакать вперёд войска, чтоб подготовить там оборону.
— Ишь ты, умный нашёлся. Ещё позавчера выслал отряды, там уже готовятся вовсю, — ответил князь с ироничной улыбкой.
— Что, Ярослав? Уже не «баран» я?
— Лев, ваше сиятельство, — съязвил в ответ.
За столом рассмеялись уже от души так, напряг весь сошёл.
Но это лишь минутное послабление. Ведь все осознают, что орда надвигается. И враг сильнее нас.
Глава 15
Моя боевая операция
И всё же я настоял на своём. Взял триста конников, три телеги инструмента, куда обеих заблудших магичек за шкирку усадил, и помчали мы вперёд армии, вскоре и курскую рать обогнав.
В дремучий лес ворвались обещанный, где по единственной тропке наши конные разъезды носятся, как угорелые в обе стороны. А из кустов дружинники выглядывают, и не только присев по большому. Охранение хоть какое–то появилось, чтобы лазутчиков вражеских и всяких диверсантов в лесу ловить.
Оборону на Калиновых топях возглавлять не мне, от этого, конечно, полегче. Голова меньше болит. В заградительное войско за главного назначили белоглазого витязя, который оказался одним из приближённых сосковского графа.
Хотомир его зовут и, как выяснилось, тоже барон. Матёрый, мощный, опытный на вид. Поначалу на меня бочку катил, но после моего наезда на князя по–другому разговаривать начал. Уважение появилось.
Я, конечно, рисковал, выговаривая самому главному при его подчинённых. Видимо, списали на горячку после драки. И молодой нрав.
А может и наказал меня князь не явным способом. Об этом подумал, когда на место обороны прибыл.
