— Только воины драконьей крови могут призвать магию! — огрызнулся фехтовальщик.
— А я тогда кто?
— Вот это я и пытаюсь выяснить! — выдал Чиен мне в лицо, как приговор или оскорбление, и захромал к костру.
Очень хотелось крикнуть ему в спину: «Так вот кто у нас шпион!» Но я — молодец, я сдержался. А вот у Камая прямо чесалось.
Пришлось обнять Шасти и переключиться на другие, более приятные ощущения.
Тоже запретные. Я не позволял себе даже думать, что смогу сломать жизнь девочке. Контрацептивов тут нет, а она маленькая, худенькая.
Пусть сначала дорастёт до роли жены.
Повёл Шасти к юрте, по пути рассказывая, как Змей Горыныч похищал благородных принцесс, а богатыри ехали их отбивать у чудища поганого. А потом рубили змея на куски и складывали под Калинов мост.
Сказки я помнил плохо, и закончил тем, что взялся пересказывать мультик. В повествование проникли былинные богатыри. Жена моя развесила ушки…
К счастью, дорога кончилась. Я поцеловал Шасти в нос и отправил спать.
А сам пошёл к костру под навес.
Ничего, завтра вернётся Незур, покроем юрту новым войлоком и будем спать в ней, как короли. Мягко и тепло. И…
Я зевнул, втиснулся между Багаем и Лойченом и застыл в ужасе: со стороны реки надвигалось жуткое призрачное сияние.
Зубастое, шипастое. Пострашнее Змея Горыныча, которым я только что пугал Шасти.
Глава 16
Битва в небе
Призрачный зверь и в самом деле был похож на ящера. На тираннозавра. Ну, или даже на Годзиллу из японского комикса.
Мощный, толстошеий, с гребнем вдоль спины и толстым хвостом.
Зубы в разинутой пасти были треугольные. Каждый — величиной с мою руку. А в пасть я мог бы поместиться весь, целиком.
Годзилла полыхал не синими тонами, как призраки волка, барса или медведя, которые я уже видел, а был «нарисован» на ночном небе ало-багровым росчерком. Он медленно и верно надвигался на нас, перебирая по воздуху лапами, словно шёл по тропинке.
— Это что ещё за образина? — выдохнул Касан и выхватил меч.
Воин не был уж очень внимательным часовым. Но не заметить багрового отсвета в бархатной ночной тьме было просто невозможно.
Годзилла казался полупрозрачным и напоминал световую проекцию на ночном небе, но я не был уверен, что это помешает ему нас сожрать.
— Багай! — негромко окликнул я. — Поднимай всех. Только тихо, без паники. Держитесь ближе ко мне.
Я вытащил меч, и лезвие тут же засветилось, чуя призрачную угрозу.
