Проглотив заряд из тушки ютпы, Эрлик вышел из пике, рванул вверх и заметался по небу, как бракованный китайский фейерверк!
Нет, он не издох, но что-то в нём повредилось.
Оба волка-мутанта, неспособные удерживать такую фантастическую скорость отстали, но не сдались.
Один из них, изловчившись, вцепился дракону в хвост и закрутился на нём! Эрлик дико оскорбился, извернулся и налетел на второго волка, разрывая его пополам.
Однако — тварь — это тварь. Куски собрались, склеились, и волк снова кинулся на дракона!
Эрлик обиженно заревел: он так не договаривался! Он тут один должен самозаштопываться, иначе он так не играет!
Наши всадники радостно заорали и устремились в бой! Это был шанс дожать Эрлика, пока он в раздаренных чувствах.
Мы начали теснить огромного дракона к провалу, и у нас почти получилось! Но в тот самый момент, когда Эрлик завис над угольной пропастью, огненная стена полыхнула вдруг, отбрасывая дракона и… срослась.
Провала больше не было. Нишай закрыл его. Мы не успели.
Дракон завизжал от страха, пуповина бездны, питающая его оборвалась!
Ох, как он осерчал! Наплевав на волков — один всё ещё болтался у него на хвосте — Эрлик обрушился всей своей тушей на щит.
Навалился на него, визжа от боли. Забился, извиваясь и пытаясь добраться до людей, укрывшихся за этим противным светом!"
"Щит трещал и мерцал, с Дьайачы градом лил пот, а её воины в белых доспехах начали вспыхивать и выгорать как свечки! Оказывается, они служили ей подпиткой!
Я понёсся вниз, понимая, что сейчас или никогда!
— Добивайте его! — орал я, кружась над Эрликом и пытаясь ткнуть мечом в единственный, оставшийся у него глаз.
— Яду! Теперь он смертен! Яду же! Бейте в глаз!
Удавкой зазвенел в воздухе режущий звук варгана. Меня услышали.
Из катапульты в морду дракона снова полетели невкусные камни. Видно, прежде чем запустить тушку ютпы, наши догадались сцедить с неё яд.
Я довольно удачно рубанул по лапе, лишив её когтя. Но Марвик вцепился дракону в крыло, и нас замотало как щепку в водовороте.
Кое-как я заставил волка разжать зубы и выпустить добычу. Мы отлетели в сторону, чтобы он мог отплеваться от крови и перевести дыхание.
Промедление было подобно смерти, ведь Эрлик всё наседал. И в глаз ему никак не могли попасть!
Айнур с матами носился вокруг катапульты. Охотники подтаскивали камни и заряжали, а Истэчи в кожаных рукавицах, с головой, обмотанной тряпками, лил на них яд.
Получив очередной камушек в морду, дракон обвис на щите.
