Он визжал и всхлипывал, не в силах уже подняться в воздух, но всё тянул лапы и зубастую пасть к людям. А на хвосте его так и болтался огромный волк. Второй кружил и нападал сверху.
Я нашёл глазами Шасти: она так и дежурила у камня, к которому я привязал верёвку Нишая.
Ниса от страха закопалась в каменистую землю по уши. Но мою маленькую жену напугать было непросто. Да и вообще она была занята — волоком тащила от огня связанного Нордая.
Горшок с ростком — Шасти трепетно прижимала его к сердцу — очень мешал. И она сдалась — дёрнула живую верёвку за хвост, освобождая пленника.
Заорала на него:
— Беги!
Я не слышал голоса, но лицо девушки было освещено агонизирующим щитом, и я понимал, что она кричит.
Наследник вскочил и кинулся бежать в темноту. Но Шасти догнала его, с неженской силой схватила и потащила к катапульте.
Там каждый старался хоть чем-то помочь. И Шасти толкнула Нордая к заряжающим, а сама бросилась назад, к огненной стене.
И только тут я осознал наконец, что наш световой щит больше не жмётся к провалу.
Стена огня стала сплошной. Провал закрылся, и Нишай, наверное, погиб, а верёвка сгорела.
Но Шасти всё равно возвращалась к нему и к Нисе, зарывшейся мордой в землю. А ведь там было уже очень опасно! Щит стал совсем тоненьким по краям!
— Шасти, назад! — заорал я, направляя Мавика вниз.
Если Нишая и можно было спасти из огня, то нужен был кто-то покрепче!
Мавик рявкнул и вильнул в воздухе, уворачиваясь от пушистой торпеды. Это был Бурка. Волколак с дикой скоростью пикировал на единственный глаз дракона!
Он оценил приём Эрлика, и решил, что если разогнаться как следует, у него выйдет выбить этот проклятый глаз!
Но дракон понял, куда метит волк! Он теперь берёг свой единственный глазик.
Эрлик захлопал крыльями, как курица, с трудом оторвался от щита и отшвырнул Бурку крылом.
Волколак перевернулся в воздухе и… грохнулся прямо в центр сияющего щита!
Щит мигнул и погас. Белое сияние померкло.
Обороняющиеся прыснули в стороны, бросив катапульту и орущую от страха Нису.
Она слишком хорошо зарылась, чтобы выбраться и удрать самостоятельно!
Стало темно, и я потерял Шасти из виду. Теперь поле боя освещал только неверный свет пылающего перевала, а по земле метались тени людей.
Казалось, что мы уже в преисподней, а впереди только суровый суд повелителя тьмы!
Дракон с торжествующим рёвом шлёпнулся на землю — теперь его больше ничего не держало!
Мне показалось, что я увидел тоненькую фигурку Шасти у самой огненной стены.
