Сначала они начали орать по поводу уснувших часовых и исчезновения колдуна.
А потом солнышко чуть приподнялось над горами, и за камнем нашёлся подло спящий колдун. Только тогда найманы кинулись проверять, не случилось ли за ночь ещё чего? И выяснилось — добычи-то нету.
Началась беготня, которая меня не очень-то разбудила. Какая разница — под вопли дремать или под топот?
Сквозь сон доносились забавные аргументы и обвинения. Оказывается, найманы полагали, что колдун должен их караулить, пока они согреваются аракой.
Какие наивные мне попались соседи в этой горной коммуналке.
Мои товарищи тоже решили досматривать сны. Нишай заворочался, но и только. А два охотника, что отдыхали от ночного дежурства, только глубже забились под шкуры.
Нам было тепло и уютно. Ветер стих, а Мавик привалился пушистым боком к нашей лежанке, и просыпаться никому не хотелось.
Только когда солнце взошло над плоской вершиной горы, Нишай потянулся и сел.
— Я начал ценить крылатых волков больше драконов, — сказал он с улыбкой хорошо отдохнувшего человека.
— С ними и в горах можно отлично поспать! Молодец, волчара, не бросил хозяина! Пожалуй, я возьму себе волка, а не дракона!
Мавик зевнул и раззявил зубастую пасть, словно бы улыбаясь.
— Неужели он действительно всё понимает? — Нишай потрепал волка по мощной шее.
— Ну, не так, чтобы всё… — Я нашарил в поясном мешке кусочек сушёного мяса и протянул на ладони волку. — Как маленький ребёнок, который не может вырасти. Кругом чужаки. Он наблюдает за ними, запоминает слова человеческого языка.
Но свой язык не был выучен как следует, и смысл наших слов тоже часто от него ускользает.
— А почему твой друг-волк открылся мне? — Нишай полез в свой мешок за гребнем и маслом для волос. — Ты-то — заяц, а я — человек, враг.
— Мне кажется, волки хотят наконец вмешаться в человеческие разборки. Иначе Бурка не стал бы так явно показывать тебе, кто он. Я, как только увидел его, босого, в рубахе на голое тело — сразу понял, что он пришёл нас предупредить.
Только друг мой слишком горячий. Заметил волчонка, нож, придумал невесть чего и бежать.
— Ты думаешь, что он прячется в горах, вместе с теми, кто выл и не пускал наших волков?
— Ну а где ещё? И у них явно были дискуссии на тему: враги мы или друзья.
— Дискуссии? — переспросил Нишай.
— Споры.
— Иногда ты говоришь невыносимо странно, — вздохнул колдун. — То ставишь рядом знакомые слова так, что я не понимаю смысла. То придумываешь, как дети.
