— Приветствую тебя, Наяд! — сказал он очень громко.
Про Наяда Истэчи слышал. Он вспомнил, что всадник этот командовал в бою всеми волчьими воинами.
Большая какая кедровая шишка! Вот же долго придётся лущить!
— А где колдун? — спросил Наяд, не замечая приветствий.
— Отправился к Белой горе, — пояснил Йорд. — А нам велел пока оставаться здесь."
"— Ты чьи приказы слушаешь, хромое отребье⁈ — разозлился Наяд. — А ну — марш! Все живо — к Белой горе! Туда едет сам император! Я должен предупредить терия Вердена, а я тут с тобой, дураком, вожусь!
И Наяд замахнулся со злостью, чтобы ударить хромого дюжинного.
Йорд не захотел, чтобы его били.
Он шагнул в бок — вот для него-то не прошли даром занятия с Каем — перехватил руку командующего и… швырнул его на землю, как мальчишку!
Воины, сопровождавшие Наяда, прямо-таки остолбенели от этой дерзости. А их начальник подскочил, выхватил меч и как взялся рубить Йорда!
Ну и тот тоже меч выхватил! И тоже давай рубиться!
Тут уже все юные всадники, до этого кое-как направляемые Вигрой, побросали занятия и уставились на дерущихся мужчин.
Меч у Наяда был длиннее, а сам он не хромал, но Йорд не уступал ему в скорости. А уже финтам мог бы и поучить.
Сталь звенела. Мальчишки смотрели во все глаза: их учитель не уступал одному из лучших воинов Вайги!
Однако Наяд, быстро сообразив, что наказать дерзкого своими руками не выйдет, схватился за амулет, и синий дым окутал Йорда, заставив его закричать от боли и выронить меч.
— Схватить его! — велел Наяд своим всадникам.
— И башку долой! Тут же! Некогда мне с ним тут возиться! Мальчишек поведёшь ты! — И он указал на одного из воинов.
Найман, которому было приказано зарубить неподвижного Йорда, выхватил меч.
Истэчи потянулся за луком, быстро налаживая тетиву.
Он понимал: ещё пара мгновений — и целиться будет сложнее. Потому медлить не стал — открыл ногой дверь аила и успел выпустить четыре стрелы, пока всадники Наяда не сообразили, что происходит, и не сгруппировались, ощетинившись мечами.
Одну стрелу Истэчи первый всадник успел отбить, но вторая попала ему в шею. Третья угодила в глазницу его соседа, а четвёртая — вспыхнула и сгорела, ударившись о нагрудник доспеха.
Доспех, защищённый магией, выдержал стрелу. А вот шеи и головы воинов оказались не такими крепкими.
— Однако — теперь десять осталось, — сказал Истэчи, накладывая на тетиву пятую стрелу. Он обещал Каю практиковаться в счёте.
Да, мечником он был плохим, но охотником-то отменным.
