— Ну всё, писец котёнку, — как-то обречённо произнесла Агафья, обращаясь ко мне по кровной связи, — Макову только что сообщили, что большая часть «живого» товара не пережила нападения сколопендры, в том числе «подарок» для принца. Из дорогостоящих в живых остался только скакун. Остальных либо убили, либо погибли под завалами.
Я нахмурился, прикидывая, есть ли у Маковых свой маг смерти, и сколько времени прошло с момента нападения. Выходило, что при любых вариантах воскресшая Полозова была бы телом без души.
Заметив моё хмурое выражение лица, Азиз повторил свой вопрос:
— Может, я смогу чем-то помочь?
— Да уже ничем. Мне уже даже боги ничем не смогут помочь.
В обмене с Азизом резко отпала необходимость. Все мои мысли были заняты предстоящим разговором с Николаем. Меньше всего я хотел сообщать ему, что не смог спасти сестру и она погибла от лап тварей изнанки. Я уж хотел было уйти, но на ум пришла единственная здравая мысль в этой ситуации.
— Среди «живого» товара у Маковых была девушка, предназначалась вам в гарем, — я в лоб раскрыл карты перед Абдул-Азизом. — Она должна была иметь способность смены ипостаси на пардуса, но первого оборота ещё не было. Мне нужна была она. Ради неё я приехал.
— Зачем? У неё нет магии в привычном вам понимании слова, — насторожился иранец, — нам она нужна для усиления связи с богом через потомков. Она станет жемчужиной моего гарема. С ней будут обращаться как с принцессой, дабы не обидеть бога-покровителя.
Клянусь, что не причиню ей вреда ни словом, ни делом! Для нас она — будущее! Зачем она тебе?
По интонации и по выбранным словам выходило, что иранец сейчас просил, не напрямую, но просил, уговаривал меня не требовать Полозову в качестве оплаты долга жизни.
— Она — свободная девушка, аристократка. Не рабыня! И она — сестра моего человека! За своих людей я стоял, стою и буду стоять до смерти.
Хочешь её в род? Ухаживай! Добивайся! Бери в жёны! — я вспомнил свой горький опыт, когда повёл себя абсолютно так же, как сейчас ведёт себя Абдул-Азиз. — Зверь в неволе погибает. Ты хочешь продолжить род с женщиной, чьего зверя собираешься заточить и сломить! От рабыни рождается раб! От свободной и сильной женщины — воин!
Мы смотрели в глаза друг другу долгую минуту. Он ощущал горечь моих ошибок и справедливость совета.
