У отца заиграли желваки, что означало потерю контроля над ситуацией.
— Ваше Императорское Высочество, — тихо обратилась к принцу Кирана, — разве не должны были огласить правила поединка или что-то вроде того?"
"— Здесь не будет правил, княгиня, — пришлось честно ответить Андрею, — здесь действует лишь один древний закон: «Убей или умри!»
Взгляд, которым княгиня Виноградова наградила датскую королеву, обещал отправить ту к праотцам, если с графом Комариным что-то случится. Но Мадлен Блавален было абсолютно всё равно.
Она с кровожадной улыбкой взирала на арену, и чёрное пламя отражалось у неё в зрачках, придавая воистину безумный вид. Королева буквально облизывалась, попивая горячий напиток, принятый из рук своего кузена. Цветом он подозрительно напоминал кровь, хоть запах корицы и цитрусов выдавал в нём глинтвейн.
Все присутствующие неотрывно всматривались в непроницаемый купол, но увидеть что-либо сквозь него было невозможно. Откровенно говоря, принц впервые видел такое защитное поле.
Обычно оно было прозрачно и позволяло наблюдать за ходом поединка, болея за кого-то из дуэлянтов. Здесь же будто сами боги скрыли от человеческих глаз происходящее внутри.
Если бы Андрей не был так увлечён собственными мыслями, он бы заметил раньше, что в ложе что-то не так. Лишь когда принц наткнулся на торжествующий взгляд королевы, он рывком обернулся к Киране. А та уже лежала на руках Ксандра. Выглядела она ужасно. На открытых участках тела кожа стала сереть и осыпаться пеплом, словно Кирану пожирало само время, заставляя моментально стареть и рассыпаться в прах.
Девушка лежала с разинутым ртом, где уже виднелись почерневшие дёсны на фоне пока ещё белоснежных зубов. Причём принц словил себя на мысли, что видит зубы сквозь провалы, образовавшиеся вместо щёк. Тело девушки то вспыхивало языками пламени, пытаясь выжечь заразу, то расцветало изморозью холода в попытках замедлить распространение неизвестного проклятия.
Ксандр укачивал княгиню на руках и практически выл волчьим воем, от которого кровь стыла в жилах.
Черты его лица заострились, обретая схожесть с волчьими. По телу прошла волна трансформации, на загривке возникли иссиня-чёрные иглы, а руки и ноги превратились в мохнатые лапы. Спустя секунду шестиметровая тварь, имеющая отдалённое сходство с волком, вылизывала Кирану. В местах соприкосновения слюны твари с останками кожи девушки зараза пузырилась и замедляла своё распространение.
