"
"- Думаю, да. Они прожили жизнь в глубочайшем уважении.
- Вы сучаете по ним?
Он помолчал.
- Я родился, когда матери было почти пятьдесят, а отцу под шестьдесят. Они умерли, когда мне не было и пятидесяти. Более тридцати лет назад. Я не скучаю. Я отпустил их.
- ваши братья и сестры? Вы общаетесь с ними?
- Все умерли, лина. Младшая из сестер была старше меня на восемнадцать лет. Только старший брат прожил больше ста десяти. Это довольно тяжело – смотреть как стареют и умирают не только братья и сестры, но и племянники с племянницами.
Как те, кого ты пoмнишь младенцами, становятся стариками. А ты все такой же. Поэтому я не поддерживаю отношения с семьей, принцесса.
- И поэтому у вас нет детей? - понимающе прошептала она.
- Скорее, потому, что я никогда не испытывал в них потребности.
- Как и в жене, – усмехнулась она. – Я помню. И каково это – жить восемьдесят лет и оставаться молодым? – крыло ее чуть трепетало, грея и скользя по его спине.
Он помолчал.
- Равнодушно, Алина. Ты видишь, как люди совершают все те же ошиби, что и десятки лет назад, как рождаются и умирают, ка ничему не учатся, как кипят такие же страсти, просто в другом антураже,и поэтому история повторяется.
Люди все так же управляемы, вcе так же подвержены стереотипам. И только единицы обладают критическим мышлением и способностью подвергать все сомнению, думать самостоятельно, а не повторять за кем-то. Дoлгая жизнь развивает равнодушие и отврaщение к людям.
- Равнодушный человек бы не отправился за мной сюда, – горячо возразила она.
- Вы – особый случай, Алина.
Она улыбнулась.
- Хорошо, что вы это понимаете, лорд Макс. Расскажите ещё что-нибудь. Как проснулся ваш стихийный дар?
- Я вырастил на деревянной лошадке побеги.
- Не верю, что у вас была лошадка, – пробормотала она со смешком. – Не верю, что вы были маленьким. Это же невозможно представить. Вы были противным ребенком?
- Очень хочется вас порадовать и сказать, что да. Но нет. Я был тихим, любил читать и расковыривать игрушки.
- Точно как я, - принцесса пошевелилась, сдерживая зевок.
Руки их так и были переплетены, и Макс то и дело чуть сдвигал большой палец, чтобы коснуться запястья над ее браслетом. - Я читала все время. Ничем больше не интересовалась. Мама приказала покупать мне те книги, которые я хочу, и всегда говорила, что у меня будет необыкновенное будущее. Даже стихийный дар обнаружился, когда я в тринадцать захотела взять книгу с полки, а она дернулась ко мне, пролетела полметра и упала.
