«Хочу доложить на Грищенского Михаила Степановича, что тот надысь вечером ругал матерно мужичков, что за провиантом приходили…»
«…в доме одиннадцать по улице Тополиной проживает три неустановленных лица без должным образом оформленных документов…»
Твою мать… Доносы это. Видать граф по дружбе предложил мои услуги кому-то из полицаев. И тут их, судя по толщине пачки, где-то десятка три.
Стало муторно и противно.
Да что ж вы за люди-то такие? Захотелось смять всю пачку разом и швырнуть в мусорную корзину.
Бл*ха, эти люди что, настолько тупые, что до сих пор не понимают, что своими вот этими писульками смертный приговор подписывают?
Квартирный вопрос только испортил их, ага.
Сортирный вопрос их испортил, а не квартирный. Все никак не могут научиться не срать там же, где живут…
В глазах защипало. И в горле запершило. Все-таки успел вчера хапнуть отравы немного. Садняще-жгучее ощущение то накатывало, то проходило. Утром было почти незаметно, а сейчас усилилось. Наверное, из-за тепла.
Здесь в комендатуре теплее, чем у Марфы.
Браться за перевод этой погани не хотелось, поэтому я прислушался к тому, что происходит в кабинете графа. Сегодня он был предсказуемо возбужденным. Завел, было, свою шарманку, но быстро выключил, не дослушав до конца арию. Ходил из угла в угол. Грохотал ящиками.
Ему наверняка доложили о том, что его ловушка сработала. Вопрос в том, на кого он ее расставлял… Только мне было известно о трех комплектах ящиков, приехавших из Царского Села.
Я точно знал, который из них настоящий… Впрочем…
Я тряхнул головой, встал тихонько из-за стола и подошел к двери графа. Присел, прислушался.
Ага, кто-то к нему заявился. Правда, пока не слышно, о чем говорят. Вполголоса бормочут.
Тут зазвенел телефон на столе у Марты.
Бл*яха… Я рванул трубку, откашлялся и браво ответил.
— Слушаю, герр граф!
— Зайдите ко мне, герр Алекс! — скомандовала трубка."
"— Яволь, герр граф… — натянув на лицо маску энтузиазма и рабочего рвения, я двинул в кабинет графа.
Его посетитель стоял спиной ко мне и смотрел в окно. Кто такой — хрен знает. Форма серая, как у всех, погоны и петлицы с этой стороны не видно.
Я выслушал инструкции графа, совершенно не испытывая того энтузиазма, который изображал. Он явно меня выпроваживал по всяким несущественным делам и поручениями. В архив, в канцелярию, потом снова в архив. Найти папку, найти документ, потом поступить в распоряжение герра Ульриха.
