Напряжение достигло высшей точки. Все, кроме Горона, уже не в состоянии были говорить по–французски.
– Нет, не сделают они этого, – со слезами на глазах сказала Елена. Она дышала с присвистом и решительно выдвигала вперед нижнюю губу. – Не могут они так поступить с английской подданной. Бедный Морис очень дружил с нашим консулом. И все же, Ева…"
"– Нет, это кое–что объясняет, – сама не своя крикнула Дженис. – Я про осколок говорю… И почему вы не звали на помощь, если на самом деле испугались этого мистера Этвуда.
Уж я бы позвала.
Тоби в сердцах лягнул каминную решетку.
– И этот парень в самом деле торчал в комнате, когда я звонил, – пробормотал он, – вот что меня убивает…
Дядя Бен молчал. Он вообще редко высказывался. У дяди Бена были золотые руки, он мог починить машину, выстрогать игрушечный кораблик и оклеить стены не хуже любого профессионала. Он сидел у чайного столика и курил трубку. Время от времени он поглядывал на Еву с едва заметной подбадривающей улыбкой, но добрые глаза смотрели беспокойно, и он все качал и качал головой.
– Что касается, – тут и мосье Горон перешел на английский, – ареста миссис Нил…
– Одну минуту, – сказал Дермот.
Все вздрогнули, когда он заговорил.
Они его и не заметили, во всяком случае, не обратили на него внимания. Он сидел в темном уголке за пианино. Теперь глаза Евы устремились прямо на него. На секунду он испытал приступ страха и смущения, которые так мучили его в прошлом, когда он думал, что на всю жизнь останется уродом. Пережиток недобрых давних дней.
Тех дней, когда он понял, что нет ничего мучительней душевных страданий, и выбрал соответствующую специальность.
Мосье Горон вскочил.
– Ах ты, господи! – театрально вскричал префект. – Я забыл. Друг мой, прошу извинить, если я был с вами невежлив. Но тут такие дела…
Префект простер руку.
– Я желаю вам представить моего друга, доктора Кинроса, из Англии. А это люди, о которых я вам говорил. Миледи Лоуз, брат, дочь, сын. И мадам Нил. Как поживаете? Надеюсь, хорошо?
Тоби оторопел.
– Вы англичанин? – спросил он.
– Да, – улыбнулся Дермот. – Я англичанин. Но пусть вас это не беспокоит.
– Я думал, вы подчиненный Горона, – тоном оскорбленного достоинства заявил Тоби. – Черт побери, а мы при вас говорили, – он оглядел всех, – и так свободно!
– Ну и что? – сказала Дженис.
– Извините меня, пожалуйста, – сказал Дермот, – единственное, что оправдывает мое вторжение, это…
– Это то, что я попросил доктора Кинроса мне помочь, – объяснил мосье Горон.
