– Ах!
– Вы, наверное, его нашли?
– Да, мадам. Простите, что обращаю на это внимание, но ваша история не осветила одной маленькой частности. Я имею в виду агатовый осколок, запутавшийся в кружевах вашего халата.
Ева спокойно ответила:"
"– О нем я ничего не знаю. Прошу вас, поверьте. – Она прижала ладони к глазам и тотчас отняла. Она говорила с глубочайшей искренностью, которая не могла не подействовать на ее слушателей. – Я в первый раз про него слышу. Я почти могу клясться, что, когда я пришла домой, на халате не было никакого осколка.
Я ведь уже сказала: я сняла халат, чтоб помыться. Просто приходится думать, что кто–то подсунул этот осколок уже потом.
– Подсунул, – скорей утвердительно, чем вопросительно заметил мосье Горон.
Ева засмеялась. Она недоуменно переводила взгляд с одного лица на другое.
– Но ведь не можете же вы думать, что я убийца?
– Честно говоря, мадам, нам не чужда эта фантастическая идея.
– Но я могу… как же…? я же могу доказать, что каждое мое слово – чистая правда!
– Каким образом, мадам? – осведомился префект, постукивая отманикюренными пальцами по столику рядом со своим креслом.
Ева обратилась к остальным.
– Простите меня. Я ничего вам раньше не говорила, потому что не хотела, чтоб вы знали, что Нед был у меня в комнате.
– Вполне понятная причина, – бесцветным голосом сказала Дженис.
– Но это, – Ева подняла руки, – это до того смехотворно, что я даже не знаю, что тут и сказать. Эдак можно разбудить человека среди ночи и объявить ему, что он убил кого–то, кого он и в глаза не видел.
Я бы до смерти перепугалась, если б не была уверена, что каждое свое слово могу доказать.
– Должен вас обеспокоить, мадам, повторением своего вопроса, – сказал мосье Горой. – Каким образом вы собираетесь все это доказать?
– Я имею в виду Неда Этвуда, конечно.
– А… – сказал префект полиции.
Все его движения были обдуманны. Он приподнял лацкан пиджака и понюхал белую розу в петлице. Глаза его не отрывались от некой точки на паркете. Он чуть заметно взмахнул рукой.
Он нахмурился, и больше на лице его ничего не отражалось.
– Скажите, мадам. Вы всю неделю обдумывали эту вашу историю?
– Ничего я не обдумывала. Я в первый раз обо всем этом слышу. Я говорю вам правду.
Мосье Горон поднял глаза.
– Виделись ли вы, мадам, в продолжение этой недели с Недом Этвудом?
– Нет, конечно, нет.
– Вы все еще любите его, Ева? – тихо спросила Дженис. – Вы любите его?
– Милая, ну, конечно, нет, – успокоительно вмешалась Елена.
