Лан была уже в нескольких шагах от меня. Я побежал, чтобы они не успели заметить, кто должен ко мне подойти. Они бросились за мной. Я думал, что смогу оторваться, но наперерез бежали еще трое. Я выхватил пистолет, начал стрелять. Потом что-то обожгло спину, все начало вертеться перед глазами. Очнулся в доме у каких-то людей на окраине Сайгона. Они сказали, что неделю назад меня вынес из морга сторож. Случайно заметил, что я жив. Всю неделю я пролежал у них без сознания, а потом провалялся еще месяц. Они нашли доктора, который вытащил из меня три пули.
А четвертая до сих пор сидит где-то под лопаткой — так ноет порой, сил нет. Когда я уже окончательно поправился, пробрался в Сайгон, нашел одного из наших — Кама. Не знаю, помнишь ли ты его. Кам сказал, что в городе были аресты и что почти вся наша группа разгромлена. Только через полгода удалось установить связь с подпольем. Потом — снова провал, семь лет тюрьмы, побег. И опять подпольная работа в Вунгтау, Кантхо и, наконец, здесь, в Сайгоне.
— Кам.
.. Имя знакомое, а лицо вспомнить не могу.
— Да я тоже уже забыл всех в лицо. Видишь, даже тебя не узнал, грустно улыбнулся Шон. — Как мало нас осталось. И как много товарищей мы потеряли.
— Да, — задумчиво согласился Хоанг. — Потеряли мы многих.
Шон поднялся и подошел к столу. Поставив чайник и две маленькие керамические чашечки на деревянный поднос, он пошел назад, к топчану.
— И самая большая потеря для меня, — сказал он, — это гибель Лан. Столько лет прошло, а я никак не могу привыкнуть к мысли, что ее нет в живых.
— Лан?! — брови Хоанга удивленно поползли кверху. — Да что ты, Шон! Она жива. Жива!
Шон словно споткнулся о невидимую стену и остолбенело уставился на Хоанга, держа поднос в руках:
— Как — жива? Мне... мне сказали, что ее... в пятьдесят третьем... Ты это серьезно?
— Ну конечно же! — весело воскликнул Хоанг.
— И вы... все эти годы были вместе?
— К сожалению, нет, — вздохнул Хоанг. — С тех пор я не видел ни ее, ни сына.
— Тогда... откуда тебе известно, что?.
.
— Лием сказал, — снова повеселел Хоанг. — Помнишь Лиема?.. Он учился со мной в одном классе.
— Хм. — Шон собрал морщины на лбу. — Нет, не помню.
— Ну, неважно. Потом мы вместе партизанили, а сейчас... — Хоанг вдруг рассмеялся. — Да что ты стоишь как столб с этим подносом. Сядь, я тебе все расскажу.
Шон послушно опустился на топчан, продолжая держать поднос. Хоанг взял его из рук брата и поставил около себя.
— Ну так вот. Лием сейчас работает в центре.
