— Что ты нам за начальник?
— Никакой я не начальник, — сказал Гуляев, — а просто нужно мне знать все про эту Нюрку. Это не личный интерес, а дело.
— Если по делу — можно, — размышляюще пробормотала Верка, потом встала, поплясала немного, чтоб согреться, и вышла.
Вскоре она вернулась, подталкивая перед собой невысокого ловкого парня в армейской фуражке, длинном штатском пальто и обмотках. Винтовка без штыка висела у него на плече дулом книзу.
— Вот Панфилов, — коротко сообщила Верка и снова устроилась на диване.
— Гуляев, следователь милиции, — сказал Гуляев, вставая и подавая руку.
— Фу-ты ну-ты! — сдавив руку Гуляева, засмеялся парень. — С чего это я вдруг вам понадобился?
— Скажите, товарищ Панфилов, — Гуляев сознательно взял официальный тон, — сахар, который дала вам Власенко...
— А-а! — покраснел парень. — Я ж не крал его!
— Она на ваших глазах его доставала?
— Как доставала?
— Вы видели, где и как он у нее хранится?
— Видел. В мешочке таком.
— Большой мешок?
— Махонький.
— Сахару в нем много было?
— Кила три!
— Немало!
— По нонешним временам — клад.
— Откуда ж она его добыла, этот клад?
— Говорит, с прежних времен хранила.
— А вы верите?
Парень подумал, посмотрел на Гуляева, отвел глаза:
— Нюрка, она девка-то ничего, своя. Почему ж не верить?
— Скажите, а что за знакомства у нее?
— У Нюрки? — парень рассмеялся. — Ну, я вот — знакомство. Еще наши парняги...
— А кроме?
Парень посмотрел на Верку. Та вмешалась:
— Выкладывай, Вань. Милиция знает, зачем ей это надо.
Давай, как на ячейке. Крой.
— Нюрка — она у нас лихая, — сказал Панфилов с некоторым усилием, — так навроде в доску своя, но есть у ей один изъян. — Он остановился и снова взглянул на Верку. Та тоже пристально и настороженно глядела на него. — В общем, значит, так! — решительно рубанул Панфилов рукой по воздуху. — Она, понимаешь, с блатными шьется. Тут такое дело. Ребенок-то у нее, он при прошлом режиме еще сработан. Был у нас в городе Фитиль, не слыхали?
Гуляев покачал головой.
— Сперва был, как все, потом подался в Харьков, еще огольцом, а потом уж наезжал в своем шарабане.
В большие люди пробился. Говорили — шпаной заправлял. Вот от него Нюрка пацана-то и нагуляла. Перед самой революцией накрыла его полиция. А потом вроде мелькал он в городе. И главно, стали к Нюрке ходить разные налетчики... И всех она принимает. Одно время перевелись они тут, а вот опять, значит, появились.
— А Фитиль?
— Про Фитиля ничего не знаю.
— Ясно, — сказал Гуляев.
