— Арен меня не обидит, мы с ним связаны, чувствуем друг друга, общаемся мысленно. Как тут обидеть?
Папа вскакивает:
— Вот видишь — и здесь все не так, непонятно, непривычно. — Покосившись на пустой бокал, он принимается расхаживать вдоль стола, тяжело пофыркивая, потирая раскрасневшиеся от выпитого щеки. Видеть его в таком потерянном состоянии непривычно и даже страшно, понимаю, почему мама волнуется. — Все идет не так.
— Папа, это жизнь, ее не распланируешь, — наставительно напоминаю я, но тут же вспоминаю, как на берегу реки собиралась после завершения учебы замуж — и надо же, именно после получения диплома я замуж выхожу.
Получается иногда планировать. — Так вышло. И хорошо вышло, разве нет?
— Не знаю, не знаю, Лера. — Папа встрепывает волосы. — Все непонятно. И что делать, если ты попадешь в беду? И как... ты же... ты в дракона превращаешься, ты в войне участвовала — моя маленькая девочка и на войне. Как такое возможно? И я ведь не защитил, не помог, я об этом даже не знал, лишь как дурак думал, что у тебя все хорошо.
— Это лучше, чем если бы ты обо мне волновался.
— Нельзя так! Я твой отец, я должен тебя защищать, а сейчас получается, что это ты самая сильная в семье, можешь все решить, и... — Он взмахивает руками. — Я рядом с тобой словно песчинка. Ничтожество какое-то. И уж точно не смогу о тебе позаботиться, а я отец, это моя прямая обязанность.
Это что, у папы комплексы теперь из-за моего превращения в дракона?
— Пап, я сама могу о себе позаботиться.
— Это так неожиданно, так... неправильно, что ли.
— Но это же хорошо: если что-то случится, мне не нужно бежать за помощью, я сама справлюсь.
Папа смотрит на меня так странно... пронзительно.
— Лерочка, — он сжимает мою ладонь. — Это я должен о тебе заботиться, а не ты сама о себе...
Если он еще раз скажет, что должен обо мне заботиться, я закричу.
— ...Еще муж твой о тебе заботиться должен. Ты же... когда тебя вынесли ко мне в конверте — ты такая крохотуличка была, такое солнышко маленькое, хрупкое, кулачок с мой палец, обе ножки в моей ладони умещались.
Я же тебя как увидел, я же... ну... я пообещал себе, что буду тебя до последнего вздоха защищать, а ты...
От его слов замирает сердце и от умиления наворачиваются слезы.
— ...а ты взяла и превратилась в дракона. Может, мне тоже можно как-то превратиться, чтобы соответствовать?
— Нет, пап, не надо: у драконов характер тяжелый, упрямый, не надо тебе...
— ...
