Летел Элор по прямой линии от стоянки хорнордов. И по этой линии от стоянки тянулся тёмный след, закончившийся метрах в сорока от неё, словно там что-то пролили. Животные перепуганно метались. И если учесть привлёкший моё внимание рёв… Элор что, хорнорда стащил?
Я не могла в это поверить… нет, я могла в это поверить. Самое ужасное, что я рассматривала эту версию как совершенно реальную. Элор способен утащить хорнорда.
«Брось!» — велела через метку, но летящий внизу Элор только головой мотнул, и его слегка повело.
А затем он быстрее заработал крыльями, стараясь нагнать остальных.
Арендар летел быстро, любовницы Элора и Эрршам отставали, причём рядом с последним летела Диора.
Хорнорд довольно тяжёлый, в оркских степях всегда было маловато магии, а теперь её стало ещё меньше, и совершенно очевидно, что Элору тяжело тащить этакую тушу. Крылья его судорожно бились в попытке сохранить скорость.
«Оставь зверя», — снова попросила я, лавируя в потоках ветра.
И опять Элор только головой мотнул. Вот упрямец! Ещё мне притащит эту зверюгу, как на брачных неделях.
«Оставь, всё равно телепортировать его с собой не сможем», — попробовала воззвать к здравому смыслу.
И… пролетев ещё немного, Элор замедлился, снизился. Он практически остановился. Поставил хорнорда на землю и, оглянувшись, полетел дальше.
Животное замерло на месте и провожало его взглядом. Так казалось с высоты.
Впереди замаячила тёмная нить стены. В полёте она приближалась стремительно. Перетрудивший крылья Элор чуть отставал, я летела над ним, присматривая, стараясь не думать о вампирах, надеясь, что их остановят.
На последних сотнях метров Элор поднажал. Остальные приземлились нормально, а он тяжко завалился на бок. Судорожно дыша, он косил на меня взглядом, и когда я спускалась, он принял человеческий облик, расплескав по траве рыжие пряди, и блаженно улыбался, глядя, как я приземляюсь и убираю крылья.
Может, музыку он не слушал, но вина хлебнул? Чем-нибудь надышался, раз сейчас выглядит таким счастливым?
— Вставай! — крикнула Валерия в отчаянии.
— Телепорт! Давайте же скорее!
Я едва сдержала раздражённый рык. Не надо быть менталистом, чтобы понимать — Валерия напряжена до предела, испугана. Странная всё же: так переживать за девушек, которые пытались её убить, пусть даже одна из них оказалась её родственницей.
Элор поднимался, картинно кряхтя и постанывая. Продолжал на меня коситься. И опереться на меня попытался, я увернулась, а он снова попробовал.
