Пожалуйста, давай действовать, как союзники. Если не получается действовать, как избранные.
Он склоняет лоб мне на плечо. Дыхание щекочет кожу над лопаткой.
Мне больно — так всё ломается и рушится внутри.
Хрясь! — бутылка лопается в моих руках, и вино пламенем разливается по пальцам и полу — ярким, но не обжигающим пламенем.
Элор скользит ладонями по моим предплечьям, охватывает пальцы, сбрасывая с них остатки винного огня, и скрещивает на моей груди. Он нависает надо мной, держит, прижимает, дышит в шею… и мне страшно, потому что эмоции сильнее меня, они сводят с ума.
Я не умею с ними жить, только подавлять, а они не подавляются.
Сейчас я бессильна и абсолютно ни на что не способна.
Мне не нравится ощущение слабости.
Дёрнувшись вперёд, хватаю бутылку, одновременно выбивая пробку телекинезом, и глотаю горячее, полыхающее вино вместе со слезами. Соль и терпкая сладость смешиваются, текущая в рот жидкость не позволяет разрыдаться, она подавляет слёзы, разливает по телу жар слабости. Но слёзы-то подавляет!
Опустевшую бутылку я роняю на осколки предыдущей и наполовину разворачиваюсь, прижимаюсь к груди Элора, чтобы он не видел моих слёз.
Никто не видел. Сама видеть не желаю!
Золотые крылья окутывают меня теплом, пряча от света магических сфер, заглушая звуки.
Элор подтягивает мои колени к себе, помогает устроиться удобнее.
— Ри, у нас всё получится, — он гладит меня по голове, спине. — И с Неспящими мы справимся, и жизнь наладим, и доверять друг другу научимся. Необязательно же всё сразу, нам просто нужно время.
Хоть маленькими шажками, но мы друг к другу придём.
Не плакать, не рыдать, дышать ровно!
— Только с Неспящими надо поторопиться, — продолжает увещевать Элор. — А всё остальное можно налаживать неспешно, так, как нам будет удобно. Мы же живы, здоровы, у нас много лет впереди, и если сейчас что-то не получается так, как нам хочется, это же не повод отчаиваться. Совершенно не повод! Так ведь, Ри?
— Не повод, — шепчу я, стараясь сдержать слёзы, сдержать крик.
— Мы много чего хотим друг от друга, а не получая — разочаровываемся. В этом беда. В том, что мы остро воспринимаем эту невозможность сделать так, чтобы хорошо всё было сразу. Нам больно из-за того, что наши представления друг о друге не соответствуют действительности, и с этим можно справиться только одним способом: принять это. Но на это нужно время, просто время. И слова. Откровенные слова. — Элор тяжело вздыхает. Его сердце бьётся очень часто, как и моё.
