Разумеется, не из человеколюбия и даже не ради показавшего себя «прекрасным Фельсенбургом и приличным Штарквиндом» внука, а для дела. Побережье «вождя всех варитов», мягко говоря, не признало, а у герцогини не нашлось никого, кто смог бы подгрести Метхенберг и Ротфогель под дядю Иоганна. Спасенный наследником Фельсенбургов от плахи Ледяной был истинной находкой. Был бы, не лежи возле адмиральского изголовья огромный серый том.
– Олаф не сможет, – сразу начал с главного Руперт. – Вы после Агариса смогли, а он после Хексберг – нет.
– Печально, если ты прав, но Слава попробует дать ему утешение. Не то, которое он может найти в книгах.
– Вы не представляете, как я… Отец Луциан, кажется, нас сейчас прервут.
– Несомненно, – клирик вряд ли слышал хуже Руппи, – о чем мы беседуем?
– О бабушке, я ведь отказался вернуться в Штарквинд. Вы меня в этом поддержали?"
"– Воин должен воевать. Жаль, с нами нет Гудрун, ее отсутствие нарушает почти сложившуюся традицию.
Это был брат Орест! Руппи изо всех сил старался не ждать адрианианца еще два дня, а он взял и появился.
– Мне выйти?
– Никоим образом.
Приветствия, аккуратно снятый плащ, льющееся в кружку вино… Пара мгновений – и станет ясно, что впереди. С крепостью, к которой они, дай Создатель, успеют, и дальше – у фрошеров.
– Есть ли повод будить фельдмаршала? – Умеют все же клирики спрашивать!
– На мой взгляд, нет. – «Лев» уселся рядом с Руппи и взял кружку. – Маршал Савиньяк пять дней назад намеревался выступить к Доннервальду. По его и моим расчетам, он должен быть на месте сегодня или завтра.
В самом Доннервальде раскрыт заговор китовников и спевшихся с ними недовольных; заговорщики рассчитывали на скорый подход Горной армии, но их опередили. Генерал Ахтентаннен проявил себя вполне достойно, к тому же в городе оказался граф Глауберозе. Брат Ротгер может его знать.
– Скорее я знаю о нем, – уточнил Руппи, в голове которого билось: «пронесло, пронесло, пронесло!». – Глауберозе из «друзей кесаря», воевал где-то здесь, кажется, командовал пехотой.
– Ветераны его помнят до сих пор. – Адрианианец пил вино с явным наслаждением. – С Ахтентанненом они старые знакомые, но, что гораздо важнее, граф был свидетелем безумия в Олларии. Он и убедил командующего гарнизоном казнить выявленных изменников на месте. Кто-то, разумеется, сбежал, кто-то затаился, но Доннервальд готов принять принца Бруно. Признаться, я рассчитывал встретить вас днем раньше.
– Обозы из Лейне, – поморщился Фельсенбург.
