Как же я ошибся! На следующий день ветер тоже не стих, но и таких сильных порывов, как позавчера, не наблюдалось. Зато к вечеру в центр села наконец прорвались спасатели — их встречали, как освободителей в сорок четвертом. Но к тому моменту большая часть дороги была расчищена местными жителями.
Эх, если бы Ивану Филипповичу стало плохо сегодня, его спасли бы, потому что первой по расчищенной дороге проехала «скорая», причем это была «буханка»— более высокую машину на скользкой дороге ветер мог или развернуть, или опрокинуть.
"
"Вчера ветер напоминал заполошное дыхание: выдох-вдох-выдох-выдох-вдох, то сегодня он сделался более размеренным: вы-ы-ыдох, вдо-о-ох, его сила распределялась равномерно. В лучшие годы обычный норд-ост вот такой, подует день-три, оторвет то, что плохо приколочено, пролетит пара ворон вперед хвостом, и обходилось без жертв. Такие ураганы, как в этом году, случаются редко и запоминаются надолго.
В обед, закутавшись по глаза, я отправился смотреть, как там обитатели подвала, захватил бабушкину тушенку и килограмм гречки — как раз хватит на обед для пострадавших, а то ведь Каретниковы не могут всех кормить.
Однако на двери в подвал висел новенький замок. Что это значит? Где все? Я поднялся к Каретниковым. Они точно так же, как и мы, расположились на кухне вместе с соседями и грелись газом, благо кухня тут была целых восемь с половиной метров, не то что у нас.
Поздоровавшись с собравшимися, я спросил:
— Где потерпевшие? — Сообразив, что меня не поняли, я уточнил:— Люди, которые были в подвале, куда делись? И почему там замок?
Все повернули ко мне головы, ответил Илья:
— Уехали в пункты временного размещения.
Их поселят в гостинице. Во дворе разобьют огромные палатки с печами, чтобы можно было обогреться и приготовить поесть.
— А чего сразу в палатку не поселить?— удивился Ян, поправляя челку и закрывая волосами изуродованные глаз и лицо.
— Ветер усилится, и улетит палатка,— объяснил Илья.
— А-а-а…
— Вообще палатки — странная затея,— проговорил Леонид Эдуардович и добавил:— Замок на двери в подвал — мой, ключ тоже у меня.
Я невольно улыбнулся и спросил:
— Это значит, что база снова наша?
— Думаю, некоторое время да.
Мы с Ильей хлопнули друг друга по рукам. Бесспорно, заниматься в спортзале удобнее, наверное, там мы и будем тренироваться, а на базе — делать уроки, играть в приставку, которую Кабанов так и не выкупил.
