Мне была нужна долина Эрлу, а не два сына-наследника, для которых пришлось бы делить Вайгу пополам. Один наследник должен был умереть, и глупец Юри согласился. Он решил, что вражда забыта.
— Они близнецы? — переспросил Нишай. — Они оба — твои сыновья? И Камай — тоже?
— Да, племянник. — Император развёл руками. — И это крайне скверно, что ты занял не ту сторону. Сдружись ты с Нордаем…
— Камай — чёрный дракон? — выкрикнул Нишай. — Я не верю!
— Ну так давай посмотрим на воинские знаки? Ты же не видел их, верно? — прищурился император.
— Я слышал, что правитель Юри разрешил сыну пройти посвящение в Белой горе. Камай настоящий воин, в отличие от Нордая. Это прекрасно. Сегодня мой сын сможет умереть как воин во славу Эрлика и своего брата! Мои подданные увидят, что истинному правителю необязательно быть воином, чтобы зарубить демона.
— Император врёт! — выдохнул Нишай, оглянувшись на меня. — Это какой-то обман! У него никогда не было детей! Он бесплодный старый сапог!
Император не обиделся, а напротив — развеселился ещё больше.
Похоже, он мучился своей тайной и наконец-то нашёл, с кем её разделить.
— Да ведь ты потому и жив, дурачок, что у меня есть сыновья! — рассмеялся он. — Кабы не условие твоей матери, я удавил бы и её последыша! Но я терпел долгих четырнадцать зим, пока Нордай не вошёл в силу. Сегодня он убьёт и демона, и тебя, племянник. А потом получит всю мою землю в наследство! Вместе с этой проклятой долиной. Камай и Нордай похожи, как две половинки монеты.
Даже горные духи не смогут их различить!
Взгляд старика упёрся в стенки шатра и остекленел. Наверное, мысленно он видел сейчас землю, которую считал своей — горы и долины, реки и небо.
— Так это моя мать родила от тебя близнецов? — потрясённо спросил Нишай.
— Она — великая ведьма, — вздохнул император. — Но слишком много умела и знала. Хватит с неё. И с тебя.
Он протянул руку, и Нордай вложил в неё кожаный мешок."
"Ухмылка, и мешок полетел к ногам Нишая, а из него выкатилась голова.
Женская. Её лицо казалось синим из-за обилия татуировок.
Плечо Нишая вздрогнуло. Я побоялся, что колдуна сейчас сорвёт, и крепко сжал его руку, не давая схватиться за рукоять меча.
Вряд ли мы сумеем перехитрить императора, увешенного амулетами и явно понимающего в магии больше нас обоих. Другое дело — Нордай. Что бы там ни думал император о сыне и наследнике, ему всего четырнадцать зим. Как не учи мальчишку, ошибок он наделает всё равно.
