Но уставшие и голодные — слишком многие не удержались, увидев дракона так близко…
А теперь Хаван не знает, что делать дальше. Говорить гора с ними теперь не станет.
Она запугала их, затравила, обложила жуткими правилами. Она опаивала их детей этим проклятым молоком. А в иных местах волчицы вообще не могли выносить потомство.
Вот же…сссуть какая.
— Сражайтесь вместе с нами, — предложил я, выждав положенную паузу. — Победив, мы заключим мир и определим в нём место и для моих людей, и для людей-волков. И никакая гора не заставит нас жрать друг друга или поить ядом наших детей.
— Он лжёт! — тявкнул Ятра. — Чёрных человекозверей слишком много в этих горах! Они сильны магией и острым оружием! Мы не справимся с ними! Лучшие из мужчин погибнут, сражаясь, и дети наши умрут от голода! Мы должны сражаться только за таких же, как мы, не за человекозверей!
— Заткнись, Ятра! — зарычал Хаван так, что Мавик взвизгнул от страха.
Волосы на голове Ятры стали дыбом, глаза запылали. Казалось, ещё миг — и он обратится в волка и бросится на Хавана!
Но тут из темноты выскользнула маленькая фигурка в длинной грязной рубахе.
Эта рубаха много раз побывала в волчьей пасти, но другой у моего друга, видимо не нашлось.
— Бурка! Раху! — крикнул я, поднимаясь и распахивая объятья.
Волколак бросился ко мне. Прижался всем телом, холодный, дрожащий. Он был как ледышка!
— Ты же простудишься! — рассердился я, стаскивая с плеч куртку и кутая его. — Тебя же трясёт!
— Я слишком часто менял облик, — прошептал Бурка.
— Это трудно. Я очень устал.
— Наследник обнимается с грязным… — прошипел Ятра.
— Заткнись! — разозлился я. — Ты хочешь, чтобы он заболел и умер?
— Пусть он вернётся к виду, что дан ему изначально! — огрызнулся волколак. — Тогда и согреется!
— Но я не хочу быть с такими как ты! — зарычал Бурка, прижимаясь ко мне ещё сильней. — Что вы задумали? Чего вы вообще сюда припёрлись? Ты сказал мне, Ятра, что не терпишь человеческой вони, так убирайся! Я буду биться здесь за людей! За покрытых шерстью и голых! Пошёл прочь, трус!
Ятру перекосило от злости.
Хаван предупреждающе зарычал, а Шани взял приятеля за плечо…
Но чернявый сбросил его руку не движением плеча, а сменой его формы. От злости он оборачивался в волка! Рвано, кусками! Его всего перекашивало и ломало!
— Запасная рубаха у меня есть, — вдруг с улыбкой сказал Нишай. — А у охотников ещё осталась арака. Сейчас мы согреем Раху. Костра нет — но я зажгу магический огонь. И сердцу тоже станет теплее.
